— От смелости до глупости один шаг, — говорит Булат. — Иногда смельчака трудно отличить от дурака с инициативой.
— Ну, если убедить полковника поучаствовать… — вслух раздумывает Руслан, — то он сможет договориться с афганскими погранцами о проведении антигероиновой операции. Попросит их пропустить броневики через границу всего на один день.
— Вот и договаривайся с полковником, — разводит руками Антон. — Все равно без его приказа ни один «Тигр» не сдвинется с места, а тебе нужно целых три!
— Я дружил с сыном полковника… Он умер от передоза два года назад. Бахром еще тогда пообещал отомстить Джафару, сделавшему тот героин. И я знаю, что Бахром строит охотничий домик где-то в горах и ему нужны деньги. Думаю, у него возникнет соблазн покарать убийцу и получить долю от награды… Но я должен прийти к нему уже с готовым планом.
— Я бы спрятал два «Тигра» у дороги за вершинами холмов на расстоянии километра друг от друга… — размышляет Булат. — Когда твои «смельчаки» с одного броневика увидят Джафара, они передадут тем, кто во втором, чтобы те выехали наперерез. После этого первые перекроют отступление, а вторые заставят боевиков сложить оружие в одну из их машин. Дальше надо будет вызвать предводителя на разборку, предъявив, например, претензии к качеству героина, и в подходящий момент затащить его в броневик. Потом подорвать машину с оружием и смыться.
Согласившись с коллегой, Антон добавляет:
— Детали продумаешь со «смельчаками», которые согласятся на эту шальную авантюру. Только не забудьте про овраги.
— В смысле?
— Догадайся сам, раз занимаешься пословицами.
— А, понял! — заулыбался Руслан. — Гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Если я все-таки уговорю Бахрома поучаствовать, вы тогда подумаете?
— Нет, не стану! — отрезает Антон. — Потому что здесь вся сложность не в наступлении, а в отступлении. В Афган во все века было легко зайти, да трудно выйти. Если боевики перекроют дороги, вырваться будет нереально.
— Вход — рубль, — Булат поднимает большой палец. — Выход — два! — выпрямляет указательный и средний, просовывает между ними большой, сооружает фигу и показывает ее Руслану. — А на бонус пословица для твоей диссертации, которую втолковывал мне отец: «Прежде чем войти, подумай, как выйти».
— А если Бахром договорится с афганскими военными, чтобы они сопровождали нас?
— Вот тогда и решим, впрягаться или нет, — пожимает плечами Антон.
— Но сначала поделишься планом полковника, — поддерживает коллегу Булат.
— Ну, тогда всё — мне в штаб! Конец рабочего дня, надо отвозить Бахрома домой. Он, кстати, грозился допросить жену и дочерей — хочет понять, кто проболтался про охоту.
Солнце медленно опускается за горы, и они накрывают своей тенью погранотряд. Антон с Булатом вытаскивают из броневика электросамокаты и едут на них к КПП. Оставив позади ворота, они сворачивают на тихую улицу приграничного городка. Вдоль одной стороны улочки тянутся к солнцу еще зеленые тополя и чинары с выбеленными известью стволами, на другой стороне стоят деревянные столбы с электропроводкой.
Испытатели проезжают несколько кварталов и подкатывают к невзрачной двухэтажной гостинице «Фортуна». По негласному рейтингу проживающих здесь гостей она тянет примерно на половину звезды. Под вывеской с многообещающим названием висит щит с рекламой: «Лучшие цены в Евразии». Рядом с заведением — въезд во вместительный железный гараж с машинами и велосипедами, куда напарники ставят самокаты на подзарядку.
У стола-стойки сидит немолодая таджичка «пять в одном»: она швейцар, портье, администратор, кассир и охранник. Перед женщиной стоит монитор, на экране которого четыре сектора с картинками видеокамер: вход в гостиницу, въезд в гараж и коридоры двух этажей. Друзья заходят в буфет и берут по порции ароматного лагмана, горячие лепешки и холодный компот.
Пока Антон ест, Булат прикидывает:
— За небольшую долю от такой награды я мог бы купить раллийный КамАЗ и создать свою личную команду. Ты уговаривал меня продать наши патенты, чтобы раздать долги и купить приборы с оборудованием для мастерской. Но без прав на изобретение наша компания бесполезна. А если поймаем этого спонсора теракта, нам хватит на все, и патенты продавать не придется.
— Замануха, конечно, мощная…
— Давай оценим профит, прежде чем отказываться.
— Да и так понятно… Это критически опасно, поэтому нецелесообразно. Вот ты свою жизнь дорого ценишь?
— Я — гонщик.
— То есть не очень дорого?
— Кто-то кайфует от героина, а я от адреналина, — говорит Булат, налегая на лагман. — А ты от чего?