— Промазал! — шутит Булат, не ожидавший бурной эмоции от всегда уравновешенного друга. — Повтори!
— Это конец! Лена обвинила меня в том, что я люблю броневик больше нее! Да я за пять лет ни разу не изменил ей. Пишет, что случился выкидыш, и теперь она подает на развод. Вот же дрянь! Говорит, что у нее появился другой, и что он ее любит. Мне намекали, так я не верил. Ну и гадина! Выбрала самого богатого из моих друзей, которому я еще и денег должен.
— Может, опять блефует? Ты четыре года подряд обещаешь ей поехать в свадебное путешествие.
Раненый в сердце Антон, путаясь в мыслях, мечется по комнате, как дикий зверь в клетке.
— Еще до свадьбы я купил тур в Египет! Но из-за теракта туда вообще запретили полеты на три года. Мы с ней тогда договорились — сначала купим квартиру. Я пустил все свои сбережения на первый взнос, и с тех пор пашу на ипотеку! На путешествия денег не остается. Я еще и в долги влез ради патентов и создания компании. Она уже грозилась, что из-за отсутствия денег на воспитание ребенка готова таблетками прервать беременность, хотя в душе против абортов.
— Может быть, сомневалась, от кого залетела? А может, ничего и не было? — задается вопросами Булат. — Или захотела проверить твою реакцию?
— Мы долго спорили о том, когда человечек получает право на жизнь — с момента зачатия или рождения? Пришли к согласию, что с появлением у плода мозга убивать его уже нельзя. Чтобы побыстрее заработать, я пообещал ей временно устроиться туда, где хорошо платят.
— Так вот почему ты так настойчиво уговаривал меня взяться за испытания на краю света!
Антон перестает мерить комнату шагами и опускается на стул:
— Этот контракт и тебе поможет поправить дела.
— Из-за него мы рядом с броневиком с утра до вечера семь дней в неделю, а дома не были уже два месяца.
— У нас обязательства перед заводом, которые надо выполнять. Я ведь звал ее сюда, но она отказалась! Пишет, что ради своего изобретения мы с тобой готовы пожертвовать благополучием близких.
— Ты же при мне объяснял ей, — припоминает Булат, — что если внедрим наше устройство — разбогатеем, и она будет при финансах.
— Объяснял много раз. Бесполезно! У нее своя, женская логика.
— Снова переедешь к предкам?
— Я люблю родителей, но в моем возрасте жить с ними как-то неловко. Да мне теперь и в город-то возвращаться стыдно. А если увижу того козла, точно не сдержусь, побью, несмотря на последствия.
Булат понимающе смотрит на Антона и пытается утешить друга, используя метод от противного:
— А если бы она не призналась?
— Могла бы годами изменять мне, наивному, с моим же приятелем. Да, это было бы еще хуже!
— Вот! А если могло быть хуже, считай, что повезло.
— Ага… Мой тезка Чехов высказался мудрее — радуйся, что жена изменила тебе, а не отечеству.
Обматерив фото супруги, Антон удаляет его с экрана ноутбука и спускается в гараж. Встреченная лаем дворняги, одинокая фигура инженера на самокате быстро удаляется по пустынной улице унылого городка.
***
Руслан находит Саида, который втолковывает стоящим перед ним экипажам бронемашин стратегию и тактику борьбы с наркотрафиком. Капитан, дав задания экипажам, подходит к рядовому.
— Награду от ФСБ когда обмывать будем?
— Мы вчера с русскими обсудили план засады, — правдоподобно заливает Руслан. — Они сказали, что если ты будешь участвовать, то и они подумают.
— А что полковник?
— Я хотел сначала узнать твое мнение, а уже потом разговаривать с Бахромом.
— Ну, если русские решатся использовать свое чудовище, я с ними.
В ряду бронемашин стоит «Тайфун», чистый и мокрый после мойки. Бодрый гладковыбритый Булат сидит за рулем и настраивает приложение на планшете. Хмурый взъерошенный Антон пытается проводами подсоединить клеммы мобильного осциллографа к электросети двигателя, но, поглощенный грустными мыслями, он неосторожно стягивает прибор, и тот, упав в щель между дрожащим двигателем и броней корпуса, трескается. Антон достает осциллограф, выхватывает из ящика с инструментами большой молоток и, вымещая досаду, гневно колотит им по гудящей броне «Тайфуна». Звук ударов разносится по округе.
Руслан идет по направлению к штабу, но, услышав тревожное звучание брони, останавливается. Поняв, «по ком звонит колокол», он разворачивается и идет к «Тайфуну», насвистывая тему из фильма «Убить Билла».
— Привет, инженеры! — подойдя, здоровается Руслан.
— Привет, лингвист! — отзывается Булат.
— Бахром еще не определился, — рядовой домысливает отношение полковника к мутной затее. — А Саид сказал, что если вы решитесь, то он с нами.