***
В кабине запыленного «Тайфуна» Антон в джинсах, изрядно заляпанных масляными пятнами, заносит данные в приложение на планшете и, быстро получив просчитанные программой результаты, кричит Булату:
— Падение мощности около пятнадцати процентов!
— Значит, осталось где-то триста кобыл… — выбравшись из-под броневика, разочарованно заключает гонщик. — Маловато для двенадцати тонн…
— Разбирай фильтр!
Открутив крышку воздушного фильтра, Булат фиксирует на камеру смартфона скопившиеся в нем песок и пыль.
— Это опять после гонок по целине, — вздыхает он. — Если главный снова увидит столько грязи, заставит еще месяц мотаться здесь меж холмов, проверяя другие фильтры. Может быть, покажем фото, когда вернемся?
— Потом все равно придется ехать сюда с новыми фильтрами, — возражает Антон. — Надо щас показывать…
— А как же твое свадебное путешествие?
— Как всегда… Отложим. Объясню Ленке, что мы с тобой сами перенесли завершение испытаний, чтобы не мотаться сюда по новой… Надеюсь, поймет.
— То есть деньги по контракту мы пока не получим, проценты за кредит опять не заплатим, а банк начнет нас банкротить, — уныло констатирует Булат. — И наш инновационный стартап благополучно накроется медным тазом. Деньжат не хватило… или мозгов?
Антон пожимает сутуловатыми плечами:
— Против статистики интеллект бессилен. Ты же знаешь — из десяти венчурных компаний, основанных ради реализации изобретения, выживают всего две, а приличную прибыль получает только одна. Мы оказались за бортом, потому что переоценили идею и не рассчитали силы. Не стоило со своими скудными ресурсами лезть в рискованный бизнес. Были бы осторожнее, не потратили бы время и не влезли бы в долги.
— Ладно, отрицательный результат — тоже результат. В следующий раз будем умнее и подключим инвестора. Главное, чтобы банк не отнял патенты.
— Они оформлены не на компанию, которая брала кредит, — напоминает Антон, — а на нас как на индивидуальных предпринимателей.
— А учредители компании — мы, и банку это известно.
— Банкротство предприятия — длинная история. Пока суд да дело, мы сумеем продать патенты и рассчитаемся по всем долгам. Только вот жаль времени… Потеряли целых три года и кучу денег…
— Стало ясно, что в России наши патенты мы не пристроим, — соглашается гонщик. — Надо предлагать их заводам, где уже производят электрокары. А пока я напишу главному, пусть не изобретают велосипед, а попросят у «КАМАЗ-мастер» воздушные фильтры, которые выдерживают трассы «Дакара». На заводе сделают небольшую доработку крепления, и выйдет то, что нужно для местного пейзажа.
Булат на смартфоне набирает текст, прикрепляет к нему видео и снимки забитого пылью воздушного фильтра и отправляет письмо главному конструктору завода.
К броневику с дружелюбной улыбкой вразвалочку приближается Руслан.
— Привет защитникам природы!
— Привет браконьерам! — усмехается Булат.
— Есть тема для разговора, — понижает голос рядовой.
Испытатели садятся на походные раскладные стулья.
Руслан устраивается на подножке бронемашины и непринужденно начинает издалека:
— Антон, Саид говорит, что ты кандидат наук. Так что мы с тобой родственные души — я тоже диссертацию пописываю… С темой «Переводы известных пословиц народов мира на таджикский язык». Я лингвист, изучаю пять языков. После университета все обязаны год отслужить, поэтому мне пришлось преобразиться из мажора в шофера, и теперь вынужден скучать на заставе. А вас-то какая нелегкая сюда занесла?
— У нас контракт с заводом бронетехники «Ремдизель», филиалом КамАЗа, — неохотно отвечает Булат.
— Да, знаю, ваши грузовики на «Дакаре» всегда впереди! — хвалится своими познаниями Руслан.
— Точно, — кивает Булат, — команда «КАМАЗ-мастер» побеждала шестнадцать раз.
— Саид сказал, что ты разбил машину команды. Я тоже разбил отцовскую «Ауди» в хлам.
— Хвастать нам тут нечем…
— После аварии отец психанул и отправил меня сюда, к своему приятелю на перевоспитание. Теперь маюсь здесь от скуки. Саид сказал, что вы ребята путевые, и «Тайфун» ваш — крутой.
— Опытный образец, — поясняет Булат. — Ваше Минобороны собирается закупить большую партию, но сначала хочет испытать бронемашину в условиях горной местности. Этот броневик с несущим корпусом — лучший в России. А может быть, и во всем мире.
— Я был в Москве три года назад. Город большой, современный. Я кайфовал там несколько дней.
— Душанбе тоже красивый, весь в зелени, ухоженный такой… — делится недавним впечатлением Антон.