— Оставайся с ней! — коротко бросил Амдир будущему принцу Зеленолесья. — И не пускай её в пещеру! — с этими словами он оттолкнул дочь и умчался вслед за остальными эльфами, что гнали ночных налётчиков прочь.
— Амрот! — не своим голосом крикнула Лассмален.
Её близнец обернулся, всматриваясь в своё перепуганное отражение. Девушка поняла всё без слов. Столько горя, смешанного со страшной болью она ещё ни разу не видела в глазах брата.
— Нет, — одними губами пролепетала Лассмален.
Развернувшись в сторону пещер, она бросилась было бежать, но попала в стальное кольцо.
— Ты им не поможешь, а гоблины могут быть ещё там! — запальчиво воскликнул Трандуил, удерживая вырывающуюся эльфийку.
Лассмален вывернулась в его руках и заглянула Орофериону прямо в глаза.
— Пусти. Я всё равно туда пойду, — отчеканила она каждое слово.
— Пойдёшь, но позже. Это слишком опасно! — уговаривал он обезумевшую от горя деву.
— Нет. Сейчас, — настаивала на своём Лассмален. — Отпусти!
— И не подумаю, — не сдавался будущий король Лихолесья.
Он прекрасно понимал, что в гроты в данный момент лучше не соваться. Боевого оружия с собой у него не было. Трандуил прихватил лишь короткий клинок, отправляясь на свидание, а много гоблинов им не зарубишь. К тому же картина, что предстанет перед Лассмален в пещере может убить её. Не физически, но душевно. Этого Ороферион допустить не мог.
— Прошу, — взмолилась эльфийка, впиваясь ногтями в плечи принца.
Тот лишь покачал головой, давая понять, что ни угрозы, ни мольбы не заставят его отступить.
— Прости, — простонала Лассмален и недобрый огонёк зажёгся в её глазах.
Трандуил в недоумении вкинул брови. Девушка зажмурилась. Ком гнева нарастал внутри неё, становясь всё больше и больше. Ему нужен был выход. Руки Орофериона зажгло так, будто он держал в них раскалённое железо. Силясь удержать свою возлюбленную, он попытался противостоять ей, но это только обозлило Лассмален, подпитало её. Не в силах больше терпеть огненную боль, Трандуил выпустил девушку. Вскрикнув, он упал на колени, не верящим взглядом рассматривая свои невредимые руки. Когда благородный эльф поднял глаза, девушки и след простыл.
Она неслась очертя голову к своей пещере. Вокруг стояла гробовая тишина, давившая на нервы, только мерный, успокаивающий голос матушки, поющей колыбельную, звенел в ушах. Её плащ сбился на бок, коса растрепалась, щёки горели лиловым румянцем, грудь саднило от неистового бега. Приблизившись к знакомому входу она немного помедлила. Внутри было совсем темно. Занимавшаяся заря едва окрасила вершины гор алым цветом. «Алый рассвет», — мелькнула мысль. Животный страх забрался в сердце, сжимая его своими тисками. Глубоко вздохнув, Лассмален ступила в кромешную тьму смерти. Ей открылась картина, от которой, на мгновение, кровь застыла в жилах. Костёр давно потух. Сундук с вещами был перевёрнут вверх дном. Одеяла и плащи на спальном ложе были растерзаны, как и тела её родных. Кроваво-красной стала постель, превратившись в смертный одр. Омерзительного вида щуплый гоблин сидел в его центре. Пасть уродца ощерилась багровым оскалом, приветствуя Лассмален. В одной из его лап виднелся чепчик малышки Мирион. Девушка проглотила подступивший крик. Уродливое существо хищно зачавкало, кромсая сердце эльфийки на множество мелких кусочков.
— Иди сюда, тварь, — через силу выплюнула она, не двигаясь с места.
Дважды гоблину повторять было не нужно. Он тут же прыгнул на Лассмален, повалив её на земляной пол пещеры. Волна тошнотворной вони ударила в нос девы. Она чуть было не потеряла сознание, но пересилив себя, вцепилась в морду урода, украсив её багровыми полосами. Тот пронзительно взвыл от боли и попятившись, бросился прочь из пещеры. Лассмален перекатилась на живот, развязывая ворот плаща. Эльфийка попыталась подняться на ноги, но тут же упала, споткнувшись о труп зарубленного кем-то второго гоблина. Её вывернуло наизнанку. До Лассмален сквозь звон в ушах, доносились звуки борьбы. Кто-то схватился на уступе. Запах крови и рвоты, непреодолимое желание покарать убийцу гнали деву прочь из пещеры. Она с трудом поднялась, стремясь выйти на воздух.
Мерзкого гоблина около грота настиг подоспевший Трандуил. Вид окровавленной пасти ошарашил юношу. Не долго думая, он выхватил свой клинок, но руки ещё плохо слушались его. Ороферион попытался пырнуть мечущуюся тварь, однако та выбила оружие. Тогда эльф предпринял попытку свернуть её кривую шею. Гоблин не спешил так просто сдаваться, отчаянно отбиваясь. Когда бледная, как полотно Лассмален вывалилась из грота, отвлекая внимание Трандуила на себя, мерзкий уродец вцепился острыми зубами в предплечье эльфа. Тот от неожиданности выпустил его, чем гоблин и воспользовался. Растерзанное сердце эльфийской девы вновь срослось. Испещрённое шрамами горя, оно забилось, встревоженное лютой злобой. Силы взялись ниоткуда. Лассмален кинулась следом за своей жертвой. Ороферион, резко поднявшись, бросился за ней. Они бежали вверх по склону, напрямик к тому обрыву на котором гордо возвышалась единственная на много миль вокруг сосна. Тёмная тварь стремительно приближалась к пропасти, но бега не замедляла. Лассмален не отставала от неё, решившись во что бы то не стало догнать убийцу своей матери и сестёр. Трандуил сбавил темп и взволнованно прокричал, срывая голос:
— Лассмален, стой! Ты сорвёшься!
Девушка, будто вновь обретя разум, резко остановилась на самом краю утёса и развела руки в стороны. Светлокудрый эльф затормозил на самом краю. Из-под его сапог посыпался вниз целый каскад мелких камней. Он схватил Лассмален за плечи, разворачивая к себе. Дрогнув, дева легонько взмахнула руками, будто крыльями и опустила их.
— Ласс, ответь мне! — хрипло позвал синда. — «Да помогут нам валар», — подумал он, заметив, что взгляд возлюбленной сделался отсутствующим. Сердце Трандуила пропустило удар, но вновь забилось, когда он увидел огромную *тёмно-коричневую сову, парящую над пропастью. В когтях она несла мёртвого гоблина.