— Тогда почему теперь нас охраняют втрое больше стражей чем обычно? — задавала каверзный вопрос обеспокоенная эльфийка.
— Простая осторожность, mella (дорогая). Тёмные твари могут решиться отомстить за своего повелителя, поэтому мы должны быть готовы, — оправдывал свои страхи король.
Непонимание росло меж супругами. Видя это, Трандуил попытался воссоздать безмятежную атмосферу детства, проведённого под защитой волшебной завесы Мелиан. Он пригласил Амрота Лоринандского погостить в своём владении. Сын Орофера считал, что присутствие брата успокоит и развеселит Лассмален. И он не ошибся. Хоть Амдирион с вступлением на престол стал более серьёзен, но прежняя весёлость духа не покинула его. На широкие плечи новоиспечённого короля Лоринанда опустился груз не из лёгких, однако же близнец Лассмален смог заметно оживить свою младшую сестрёнку.
Однажды, тёплым летним вечером, когда ласковое солнце косыми лучами прорезало густую зелень замеревшего леса, тихо нашёптывающего своим обитателям древние тайны, трое эльфийских владык неспешно прогуливались верхом на гигантских большерогих оленях и вели непринуждённую беседу, вспоминая юные годы. Амрот рассказывал Трандуилу, как они с Лассмален, будучи абсолютно похожими, порой менялись платьями, ставя родителей в неловкое положение, если их шалость раскрывалась.
— Помнишь лицо батюшки, узнавшего, что он учил стрелять из лука собственную дочь? — обратился Амдирион к своей сестре, ехавшей по правую руку от него.
— Ах, мне этого до конца дней мира не забыть! — вновь улыбалась эльфийка. — Ada (папа) был настолько поражён, что Амрот стреляет из рук вон плохо, поэтому смеялся до упаду, обнаружив, что неумелый лучник это я.
— Весело вам было вдвоём, — отозвался Ороферион, понукая своего оленя, слишком увлёкшегося мхом под своими копытами.
— Стало ещё веселее, когда в первый день празднования Яваса* к нам привели тебя, владыка Трандуил, — засмеялся Амдирион, обернувшись к своему зятю.
Перед Лассмален в этот миг явственно предстала картина: она и брат ещё очень юны. Они сбежали с пира, что ежегодно устраивался в Дориате в честь сбора урожая. Амрот в парадных одеждах висит головой вниз на ветке, словно берёзовая серёжка. Лассмален стоит внизу, одетая в летящее платье тёмно-оранжевого цвета. Девочка в столь неудобном положении умудряется переплести длинные волосы своего близнеца в простую, но изящную причёску, потому как на голове у братца сплошной кавардак после игр в парадном зале. Царящую идиллию нарушают появившиеся внезапно гости. Слуга владыки Тингола привёл в сад, где скрылись дети Амдира ещё одного ребёнка. Это был маленький Ороферион. В руках он держал целую корзину апельсинов, которые позже были с аппетитом уничтожены тремя юными созданиями под тенью цветущих густых кустарников. Фрукты источали дивный аромат. Всё дело было в том, что они были проткнуты насквозь. Culuma (апельсин) являлся крайне редким и ценным лакомством. Ведь произрастал он на живых деревцах, которые очень не любили расставаться со своими плодами. Порой они обрастали так, что от тяжести гнетущего груза не могли передвигаться, врастали в землю и медленно чахли. Yurculumalda или «бегущее апельсиновое дерево» назывались они. Поэтому жителям Белерианда приходилось сбивать лишние плоды, попадая в них стрелами. Но это было не лёгкой задачей, так как будучи даже по самую макушку увешанными апельсинами yurculumalda развивали бешенную скорость.
Липкий сок стекает по подбородку, щиплет губы и язык. Его капли не заметны на платье. «И как этот мальчик узнал, что я сегодня буду в оранжевом?» — задаёт себе немой вопрос малышка Лассмален. А он и не знал. Просто выбрал из всех даров осени именно этот.
Трандуил и Амрот понизив голоса, перешёптывались. Величавые животные больше не переступали с ноги на ногу, не плыли они грациозно, будто корабли серых гаваней, в море леса. Внимание эльфов привлекла группа низкорослых деревьев, что раскинулась нестройным полукругом на видневшейся впереди поляне.
— Не может быть, — поражённо ахнул зеленоглазый король. — Амрот, ты видишь тоже, что и я?
Владыка Лоринанда лишь коротко кивнул, не отрывая глаз от представшего перед всадниками чуда.
— Я думал, они не прижились на землях Ясного Бора, — всё ещё не веря себе произнёс Трандуил. — Отец привёз из Дориата несколько саженцев, но как только они дали первый урожай, то сбежали с Амон Ланк.
— Видимо пару сuluma они всё-таки потеряли, убегая, — ухмыльнулся Амдирион.
Его сестра не заметила произошедших вокруг неё изменений. Она даже не придала значения тому, что её олень остановился, подражая своим собратьям. Эльфийка тихо сидела на спине лохматого гиганта и смотрела в одну точку невидящим взглядом. На губах королевы играла безмятежная улыбка, вызванная воспоминаниями о давно минувших временах.
— Лассе, — позвал голубоокий галадрим, дотрагиваясь до хрупкого плеча, укрытого тёплой накидкой, цвета застывшей лазури. Она вздрогнула от неожиданности и посмотрела на брата туманным взором.
— Смотри, — Амрот указал ей на небольшую рощицу мирно спящих yurculumalda. Лицо Лассмален вытянулось от удивления, ведь она только что видела их в своих грёзах.
— Это сон?
— Нет. Они настоящие, — уверил эльфийку её близнец. — Пока yurculumalda столь спокойны, можно попытаться сорвать хотя бы один апельсин. Я уже и не помню их вкус.
— Только надо быть предельно осторожным, чтобы не потревожить их покой, — предупредил Ороферион. — Другая такая возможность нам уже вряд ли представится.
— Я попытаюсь! — возбуждённо прошептала Лассмален.
Она беззвучно соскользнула с оленя и медленно двинулась вперёд, к залитой закатным светом поляне, где чутко дремали апельсиновые деревца. Владыки застыли в сёдлах и затаили дыхание, неотрывно наблюдая за крадущейся, у которой сердце ёкало каждый раз, когда под ногу попадалась сухая ветка. Благополучно добравшись до своей цели, Лассмален осторожно протянула руку к ближайшему плоду. Тонкие изящные пальцы заметно подрагивали, дотронувшись до гладкой кожуры. Эльфийка другой рукой взялась за черенок, чтобы как можно незаметнее отделить апельсин от ветки и потянула желанный фрукт на себя. Внезапно из-под кустистых ветвей послышалось недовольное бормотание. Уже через секунду все апельсиновые деревца запричитали гнусавыми голосками. Лассмален подалась назад от неожиданности, когда её yurculumalda пронзительно запищал и побежал вперёд. Вместе с ним, гомоня на разный лад, спешили скрыться остальные члены этой забавной древесной семейки. Лассмален от досады только топнула ножкой. Она повернулась к своим спутникам, разводя руки в стороны. Ей не удалось скрыть печать разочарования на своём лице.
— Не вешай свой курносый носик, Лассе, — ласково улыбнулся Амрот, — мы добудем тебе целую кучу сuluma, — пообещал он, доставая из-за спины свой лук и с силой сжал бока большерогого оленя.
Ороферион удивлённо вскинул свои тёмные брови, но мгновение спустя уже скакал вровень с Амротом Лоринандским, посылая вперёд свою вестницу — меткую стрелу.* Лассмален хлопала в ладоши и кружилась на месте, словно маленькая. Она пищала от восторга наблюдая, как поминутно слетают апельсины с зелёных макушек улепётывающих yurculumalda. Тремя часами позже эльфийские владыки наслаждались давно забытым вкусом детства. Перемазавшись жёлтым соком, они смеялись, как дети и в прохладных сумерках лета пахло апельсинами.