И мы были готовы.
Глава 73. Мы больше не беглецы
Северный сектор встретил нас неприветливо: серое небо, сожжённые поля, пустые дома. Люди здесь жили в тени, затаившись, будто боялись снова быть найдены. И, как оказалось, страх их был обоснован.
— Вы не первые, кто к нам пришёл, — сказал старик по имени Гордей, проводя нас через разрушенное поселение. — Но вы первые, кто не боится смотреть в глаза этой новой тьме.
Мы слушали его молча. Пока он говорил, я чувствовал, как что-то знакомое снова пробуждается внутри — то, что я думал, уже похоронено. Но нет. Я не мог смотреть на страдание и проходить мимо.
В одной из хат мы нашли мальчика. Он лежал в жару, бредя о тенях, что крадутся по стенам. Лея наклонилась над ним, приложила ладонь ко лбу, и её лицо побледнело.
— Это не болезнь. Это заражение. Магия. Старая, почти заброшенная… но она снова оживает.
Я сжал кулаки. Мы ведь уничтожили источник. Или думали, что уничтожили.
— Лея… если она выжила, то…
— Она?
— Элис.
Имя прозвучало как проклятие. Мы не видели её в той финальной битве. Мы думали, что она погибла вместе с остальными. Но теперь всё складывалось иначе. Возможно, она выжила. Возможно, она отступила, чтобы вернуться позже — сильнее, хитрее.
Мы остались в деревне на ночь. Лея пыталась стабилизировать мальчика, я охранял дом. В темноте я слышал, как шепчутся ветки, как ночной воздух стонет от тревоги. Здесь витала чужая сила.
И всё же, в этот раз всё было иначе. Мы не были беглецами. Не были жертвами. Мы были людьми, которые знали цену миру. И мы не отступим.
— Если она вернулась, — сказала Лея тихо, когда мы остались наедине, — значит, ещё не всё окончено.
— Тогда мы закончим. На этот раз — навсегда.
Она взглянула на меня — не испуганно, не печально. Уверенно.
— Мы не позволим ей снова забрать то, что было добыто кровью.
И в эту ночь, под звёздами, мы поняли: наша история не завершена. Она лишь открывает новую главу.
Глава 74. Имя, сказанное шёпотом
Утро в северной деревне не принесло облегчения. Солнце едва поднималось над горизонтом, когда один из дозорных вбежал в дом, где мы ночевали. Он был бледен, руки дрожали, губы едва шевелились.
— Она... она здесь.
— Кто? — спросил я, хотя уже знал ответ.
— Женщина в чёрном. Она не идёт. Она... скользит. По воздуху. Не прикасаясь к земле. И всё вокруг... замирает.
Мы с Леей переглянулись.
— Элис, — произнесли мы одновременно.
Прошло много времени с тех пор, как мы видели её. Она была одной из тех, кого мы когда-то считали союзником. Умная, тонкая, жутко проницательная. Но потом она предала нас. Не ради власти — ради абсолютного контроля. Ради вечной тишины. Она верила, что хаос можно победить только уничтожением выбора.
Мы вышли на улицу. Воздух был густым, будто перед грозой. Всё замерло. Даже птицы замолкли.
И тогда мы её увидели.
Элис стояла посреди площади, одетая в чёрное, с длинной накидкой, развевающейся в безветренном воздухе. Она не изменилась. Тот же холодный взгляд, тот же ровный голос, когда она заговорила.
— Алексей. Лея. Вы пришли. Как мило. Как... бессмысленно.
— Ты должна была погибнуть, — сказал я.
Она усмехнулась.
— «Должна» — это слово для слабых. Я переродилась. И теперь я заберу то, что вы у меня отняли.
Лея шагнула вперёд.
— Мы ничего у тебя не отнимали. Мы просто не позволили тебе уничтожить свободу выбора.
— Выбор? — фыркнула Элис. — Люди с ним не справляются. Они разрушают, предают, убивают. Я хотела дать им покой. Вечный. Без боли. Без тревоги.
— Без жизни, — ответил я.
Она посмотрела на меня пристально.
— Тогда придётся повторить урок. Только в этот раз — я его не проиграю.
С неба сорвался тёмный вихрь. Всё вокруг погрузилось в хаос: здания задрожали, земля покрылась трещинами. Элис поднялась над землёй, её глаза светились нечеловеческим светом.