Потому что, если не выпущу пар… я сорвусь. И тогда всё пойдёт к чёрту. Я вышел из кабинета, намереваясь спуститься в спортзал и, наконец, снять накопившееся напряжение. В груди всё ещё сидел глухой гнев, а в голове — образ Изабеллы с порезом на руке.
Но едва я вышел в коридор, как буквально нос к носу столкнулся с Джейком.
— Дем, вот ты где, — сказал он, будто рад, что нашёл меня. — Я тебя как раз искал.
Я прищурился, настороженно.
— Что-то случилось? С пленницами?
— Да… то есть нет. Ну, не совсем, — замялся он, почесав затылок. — Я просто думаю, что их надо покормить. Судя по всему, они весь день ничего не ели.
Я закатил глаза и выдохнул сквозь зубы:
— Ты серьёзно сейчас? Джейк, это неразумно. Если они будут ослаблены — это нам только на руку. Меньше проблем, меньше попыток побега.
Он нахмурился.
— Брось, чувак, не будь таким мудаком, — сказал он с неожиданной жёсткостью. — Да, ты бываешь груб. Часто. Но я знаю, что ты не такой ужасный, как он.
Я напрягся. «Он» — это, конечно, отец. Антонио Моретти. И да, я не он. Но иногда… слишком близко. И даже внешне у меня с отцом было куда больше сходства, а вот брат был похож на маму.
— Даже если мы их покормим, — продолжил Джейк, — и у них появится немного сил, что они сделают? Две хрупкие девушки, пусть даже с характером, не смогут справиться с двумя такими бугаями, как мы. Давай не будем скатываться в дикость. Мы не животные.
Я молчал. Несколько секунд. Внутри всё спорило — логика, инстинкт, воспоминания о матери, которая всегда говорила, что сила — это не только власть, но и выбор. Особенно когда ты держишь в руках чужую судьбу.
— Ладно, — сказал я наконец. — Иди и скажи Марии, пусть что-нибудь приготовит. Только не устраивай им пир. Что-то простое. Без излишеств.
Джейк обрадовался, как ребёнок.
— Спасибо, брат, — сказал он и хлопнул меня по плечу. — Я знал, что ты не настолько плох, как кажешься.
— Сомневаюсь, что это комплимент, — буркнул я ему вслед, но уголки губ всё же дёрнулись.
Он направился в сторону кухни, а я, как и собирался, пошёл в спортзал. Но даже когда сжал кулаки в бинтах и начал бить по груше, мысли не отпускали.
Становлюсь мягким, да? Вот так просто — раз, и соглашаюсь. Ещё немного, и Джейк начнёт верёвки из меня вить. Или хуже — девчонки.
Я ударил сильнее. Груша качнулась с глухим звуком. Нет. Я не мягкий. Просто… разумный. Пока.
***
На следующее утро я проснулся от резкого, пронзительного звука входящего звонка. Телефон на тумбочке вибрировал с такой силой, будто собирался взлететь. Я прищурился, не глядя нажал на ответ и поднёс к уху.
Черт бы его побрал!
— Да? — голос был хриплый, сонный.
— Как всё проходит? — раздался знакомый, жёсткий голос отца. Без приветствий. Без пауз.
— Всё под контролем, — ответил я, садясь на край кровати и потирая лицо.
— Я уже сообщил Габриэлю, — продолжил он. — Сказал, что его ждёт сюрприз. Вызвал интерес. Он, конечно, пытается сохранять спокойствие, но я слышал, как его голос дрогнул. Встреча назначена на одиннадцать утра. Убедитесь, что всё готово.
— Понял, — коротко ответил я.
— Не подведи, Демиан, — сказал он, и связь оборвалась.
Я выдохнул, глядя в стену. Слова отца, как всегда, звучали не как просьба, а как приказ, обёрнутый в угрозу. Впрочем, я привык.
Заносчивый ублюдок.
Отец не осознавал, насколько тонка грань, по которой он ступает. Его выходки всё больше выводят меня из себя. Скоро даже моему титаническому терпению придёт конец. С момента моего "просвещения" я собрал вокруг себя людей. Отец не в курсе, что значительная часть Каморры поддержит меня и Джейка, и он окажется в меньшинстве. Тогда Антонио лишится не только своего положения, но и жизни. Я без малейшего сожаления уничтожу его, чтобы отомстить за всё то, что он причинил моей матери, брату и мне.
Мы с Джейком наладили отношения со Стиддской троицей не только из соображений дружбы и поддержания родственных связей с Алессио и Баттистой. Я также стремился положить конец этой бессмысленной и ненужной войне. Как только я стану Доном, моими первыми шагами будут назначение Джейка моим консильери и начало переговоров со Стиддой для восстановления мира.
Габриэль был разумным Доном, и он бы согласился на это ради блага своего клана. Парни, в свою очередь, убедили бы его принять мое предложение. Однако сейчас перспектива перемирия стала более призрачной, хотя и не невозможной. Мы не позволим обидеть девушек, чтобы у Антонио не было в мыслях. После этого мы обсудим всё с их братьями. Хотя, несомненно, не обойдется без столкновений, в конечном итоге они нас выслушают.
Я спустился на кухню, и первое, что услышал — смех. Джейк сидел за столом, непринуждённо болтая с Марией, нашей домработницей. Он что-то рассказывал, размахивая руками, и она смеялась, прикрывая рот ладонью.