Должен отметить, что мой внешний вид также влиял на первое впечатление. Именно внешность. Не знаю, как так вышло, но моя русская натура переменилась из-за Италии, будто заимствуя у них черты лица и характера.
Тёмные волнистые волосы, карие глаза, хранящие в себе такие воспоминания, которые все эти люди могли увидеть лишь в триллерах. При этом - хорошо отработанная лучезарная улыбка. Хотелось бы мне иметь ямочки, но вместо них мне достались ровные зубы.
Ростом я пошёл в отца и его родословную. Метр девяносто три. Ну, и чтобы не нарушать идиллию, я сам сделал себе идеальное тело. Мышцы, которые теперь прятались за белой водолазкой без горла и брюками.
Идеальный. Так говорили девушки, которых я знал, в Италии. Я и сам знал, какое впечатление произвожу. Не у всех, но всё же.
Идеальный… но я ведь не добрый герой вашей истории.
– Смотри мне, – ответил ему я, а затем обратился к ребятам. – Я буду с вами на выходных, не против? Как раз познакомимся поближе.
Я вновь коротко оглядел их всех, а в конце взглянул на девушку. Улыбка сама мелькнула на губах, и я обнажил заостренные клыки, подмигивая ей.
Все активно закивали, а кто-то хлопнул по плечу. Отлично, я добился своего.
От внезапного звона все вздрогнули и поспешили войти в аудиторию. Брюнетка задержалась. Не мешкаясь, она встала на носочки, коснулась моего плеча и тихо прошептала совсем рядом с моим ухом:
– Диана.
И упорхнула. Я даже не успел ответить ей. Эффектная.
Её волосы вились мелкими кудрями ниже талии. Белая рубашка мягко заправлена в красную короткую юбку-карандаш. Миниатюрная, хитрая.
– Эй-эй, парням-то оставь хоть кого-то, – засмеялся Рома, когда мы шли на урок.
– В смысле?
– Впрямысле, – фыркнул он. А я перестал притворяться: сам всё понимаю.
Сейчас была физика. Наш квадратноголовый товарищ Павел Игоревич снова с ярым энтузиазмом что-то рассказывал, да так увлёкся, что не заметил двух опоздавших учеников. А ещё не обращал внимания на то, что его никто не слушал. Мы плюхнулись за наш стол.
– Вот вам задание: чтобы в конце лекции сдали мне ваши конспекты, – между делом заявил он.
Вот тут-то мы с Романычем и напряглись.
Списывать-то не у кого, наши на других парах сидят!
Я оглянулся в надежде найти своё спасение. Но нашёл только Сашу, которая, не изменяя своим принципам, усердно записывала всё в тетрадь. Я удивленно нахмурился: не знал, что она ходит на физику.
– Эй, Саша? – я повернулся спиной к преподу и наклонился к девушке. Она даже не сразу услышала меня. – Саша!
Она вздрогнула и отвлеклась, поднимая свои светлые глаза на меня.
– Чего тебе? – спросила она, явно недовольная тем, что отвлеклась от конспекта.
Я же без зазрения совести и ощущения собственной наглости обратился к ней с ухмылкой:
– Дашь списать?
– А надо на пары вовремя приходить, – отрезала она и вернулась к письму.
Я выгнул бровь. Вот так внезапно.
Рома только тихо поржал надо мной. Я шикнул на него, а потом продолжил свои попытки:
– Серьезно, что ли?
– Не мешай, – произнесла она, не глядя на меня.
– Жалко, что ли? – продолжал я.
Девушка вздохнула, а я, уже радуясь своей победе, протянул руки к её записям.
– Тебе сказали «нет», значит «нет»! – шёпотом воскликнула она. Я так и замер, а она, не упустив возможности, треснула меня тетрадью по рукам.
Рома засмеялся ещё хлеще. Я круто повернулся к нему, ошарашенный. Вчера же нормально с ней всё было! Вообще ничего не понял.
– Ты чё ржешь? Сам-то придумал чего? – обратился я к нему, а тот сразу замолк и принялся спрашивать всё у парней.
Его метод оказался эффективнее.
Я быстро пришел к выводу: я оказался прав, когда подумал, что она странная. Обычно я не испытываю трудностей, когда прошу что-либо у девушек.
В общем, день вышел неплохим и быстрым. Поэтому после того, как я сделал домашку, я пошёл гулять с собакой. Перед тем, как вышел, я оглядел квартиру. Голову посетила тревожная мысль: раз я теперь финансово самостоятельный, значит, и за квартиру плачу сам. Из этого вытекает вопрос: какая плата за квартиру в Москве, да ещё и за ту, которая находится рядом с ВУЗом?