– Чья это шкурка? – поинтересовался он, увидев необычный серый мех с голубоватым отливом.
– Ли-си-са, – пояснил широколицый продавец с немного раскосыми глазами и седыми волосами. – Беи, тешево отам.
– Бери, не прогадаешь, – посоветовал старшине чей-то очень знакомый голос. – Необычный окрас.
– А ты как здесь оказался? – удивленно спросил Светослав, когда, обернувшись, увидел улыбающееся лицо двоюродного брата Кудри.
– Здорово, братишка! – полез тот обниматься. – Я вначале тоже своим глазам не поверил, когда тебя увидел. Думал, обознался. Ан нет. Откуда ты тут?
– Плыву в Хазарию, – освобождаясь из его объятий, смущенно признался юноша.
– А мне отец говорил, что ты собирался поступать на службу в княжескую дружину.
– Не получилось. Теперь вот ладейный старшина.
– Ну, это даже к лучшему. Кроме жалования, можно еще и приторговывать. Кстати, ты лисицу брать будешь?
– Зачем она мне? Просто странный цвет.
– Бери, в Хазарии продашь в три раза дороже. Сколько, старик, ты за нее хочешь? Дам полторы куны…
Зная заводной и упрямый характер двоюродного брата, Светослав даже не стал его отговаривать. Кудря был старше всего на три года, но всегда относился к нему как к младшему, которого следовало постоянно учить и опекать.
– Ну вот, с тебя две куны, – заявил он через пару минут, передавая варяжскому старшине шкурку лисицы. – А теперь пойдем отметим нашу встречу. Мы ведь не виделись с похорон твоей матери.
– Но у меня там люди, – возразил растерянно юноша. – Да и наш воевода может в любое время вернуться.
– Ладно, тогда жди меня вон там, на берегу, – неожиданно легко согласился тот. – Я быстро.
С указанного им места хорошо просматривался весь берег. Правда, саму ладью отсюда было не видно, Светослав определил ее расположение по дыму костра, на котором его товарищи готовили еду. Летнее солнце уже заходило, лаская последними лучами окрестности, и от всего вокруг веяло спокойствием и вечерним умиротворением.
– А вот и я, – весело сообщил запыхавшийся Кудря, когда через полчаса вернулся. – В кружках медовуха, а это пироги с рыбой и мясом. Налетай, угощайся!
– Давай на самом деле выпьем за нашу встречу, – согласился юноша, беря в руки большую глиняную кружку. – А то когда еще свидимся.
– За нас! – поддержал его двоюродный брат, отпив медовухи. – Чтобы все у нас было хорошо. А на следующий год вернешься из Хазарии – мы такой пир устроим. Есть у меня для тебя на примете молодуха, глаз не оторвешь.
– Твой вкус мне хорошо знаком, – улыбнулся Светослав, вспомнив, как тот затащил его как-то к пышногрудой вдовушке. – Всемила ее вроде звали?..
– Видишь, даже имя запомнил, значит, понравилось, – пошутил Кудря. – Кстати, это не твой начальник там идет?
Ладейный старшина обернулся.
– Похоже, нам пора расставаться, – произнес он огорченно, сразу узнав Радмира и сопровождавших его воинов.
– Давай хоть медовуху допьем, – напомнил двоюродный брат. – Да и просьба у меня к тебе будет.
После того как кружки опустели, он попросил родственника забрать у него три франкских меча и продать их где-нибудь дорогой. Кудря уже понял, что сбыть их здесь по гривне, как он рассчитывал, не получится. Тем более что у него имелась еще пара таких же мечей.
– Ты же знаешь, какой из меня торговец, – предупредил Светослав.
– Ладно, сделаем так: мне с их продажи всего две гривны, остальное твое, – вдруг предложил двоюродный брат. – Будут давать меньше – привезешь обратно.
– Хорошо, – неохотно согласился юноша. – Мне уже надо идти.
– Пошли, провожу. Мечи здесь в мешке, завернутые в промасленные тряпки. Да еще: ни отец, ни брат, которого ты можешь встретить дорогой в Хазарию, о них ничего не должны знать.
– А что так?
– Не просить же мне каждый раз у отца или брата денег на выпивку и девок.
– Чуть не забыл должок, – вспомнил Светослав, суетливо доставая из кошелька две серебряные монеты. – Ну что, будем прощаться…
– Кто это? – поинтересовался Радмир у старшины, когда они отчалили, а Кудря все еще стоял на высоком волховском берегу.
– Двоюродный брат, торговать сюда приехал, – пояснил юноша. – Вот просил франкские мечи продать.
Княжеского посла заинтересовало принесенное старшиной оружие, и он попросил разрешения посмотреть мечи. А после, достав один из них и внимательно осмотрев лезвие, княжич подтвердил, что такой франкский меч стоит около гривны. Он только засомневался, удастся ли их продать за такую цену в Хазарии.