– Какие из торгашей воины, – усомнился гаутский князь. – Да и зачем им ввязываться в такое непредсказуемое дело, как война?
– Прибыль! Доходы от куявских солеварен с лихвой окупят все затраты на военные действия. К тому же в нашем разговоре Мстивой ссылался на то, что у него нет денег на одновременное ведение войны с Попелем и помощь ободритам.
– Тогда, может, лучше твою задумку вначале обговорить с ним?
Предложение зятя великого князя было не лишено смысла. Зная обидчивость и упрямство двоюродного брата, Дихон согласился, что правильнее будет обсудить идею о привлечении к войне купцов вначале с Мстивоем. Однако тот даже не захотел выслушать родственников и только после их угрозы начать войну без его одобрения разрешил изложить свой новый план.
Идея привлечения средств купеческого товарищества ему понравилась, только великий князь сразу заявил, что сам обращаться с таким предложением к Велемудру не станет. Однако если посадник Миллина согласится на их условия, он готов с ним все обсудить. При этом Мстивой предупредил, что горожане должны выставить не менее пяти тысяч воинов или оплатить их участие в войне.
– Тогда нам на самом деле не надо будет собирать ополчение, – пояснил он. – И мы сможем начать военные действия ранней весной.
Мстивой оценил вчерашнее предложение двоюродного брата, но все еще продолжал считать, что война с глопянами сейчас не ко времени. С другой стороны, он понимал, что убийство Попелем куявских жупанов явно ослабило позиции того среди местной знати, и было неразумно этим не воспользоваться.
– Непременно буду! – заверил Неговит посыльного, который передал ему приглашение на собрание от миллинского посадника.
Семь лет назад он вступил в купеческое товарищество, в руках которого была сосредоточена почти вся торговля с заморскими землями, после чего с ним начали считаться. Вступительный взнос в товарищество составлял сорок вендских гривен, или восемьсот солидов, – огромную по тем временам сумму.
Зато членство в нем давало исключительные права на дальнюю торговлю и льготные займы из общественной кассы. Кроме купеческого товарищества, правом на отправку караванов в Хазарию и Константинополь обладал лишь государь и с его разрешения еще некоторые подвластные ему князья. Но объемы их торговли были несравнимы с купеческим оборотом.
Входившие в товарищество купцы проживали не только в Миллине, поэтому все вместе они собирались редко. Так что составлявшие большинство торговцы Миллина, Арсибора и Юма обычно сами решали все неотложные вопросы.
– Не знаешь, зачем нас собирают? – поинтересовался Неговит, встретив у подворья миллинского посадника купца Беляя.
– Откуда мне знать, что они еще там затевают, – заявил озлобленно тот, имея в виду ближайшее окружение Велемудра.
После ссоры с купцом Гунастром, которого тогда поддержал посадник Миллина, отношение к нему Беляя резко изменилось. Теперь во всех решениях Велемудра Беляю мерещились попытки его унизить или притеснить.
Вот и сегодня, когда посадник упомянул, что все желающие уже получили участки на уступленных князем землях, Беляй начал возмущаться, что ему досталось болото.
– Согласно жребию, – напомнил строптивцу Велемудр. – А вообще я собрал вас совсем по другому делу. Мне поступило предложение поучаствовать в одном не совсем торговом предприятии, но прежде чем я расскажу подробности, каждый из вас должен обещать сохранять все в тайне. И если вы берете на себя такое обязательство, я продолжу.
Давший слово купец всегда старался выполнить обещанное, иначе с ним в будущем никто бы не захотел иметь дел. Однако то, что они услышали от Велемудра, явно выходило за рамки торговой сделки. Разумеется, иногда товариществу приходилось решать вопросы военным путем, но чаще всего это были ответные действия, ограниченные по времени и месту.
– Война с глопянами потребует очень больших денег, – заметил старейший из собравшихся купцов, – Турвид. – А какие гарантии, что она закончится удачно?
– Только то, что в ней примут участие большинство руских князей, – многозначительно напомнил миллинский посадник. – Зато какая нас ждет в будущем прибыль!.. Получить в свое распоряжение все куявские солеварни, пусть даже всего на десять лет!
– Десять лет мало, – сразу заявил Беляй. – Расходы и риски слишком велики.
– Я тоже считаю, что все должно зависеть от суммы и надежности наших вложений, – согласился Велемудр. – Но все это мы еще обсудим. Сейчас надо решить главное, принимаем мы данное предложение или нет.
Многим собравшимся купцам не понравилась такая поспешность, и раздались возгласы, требующие обсуждения деталей. Всех интересовало, сколько предполагается вложить денег и на какие доходы они могут рассчитывать. Так что собрание затянулось до позднего вечера.