– Даже не знаю, что сказать, – растерянно произнес Велемудр, нарушив затянувшееся молчание. – Одно могу пока предположить. Такие огромные потери мы вряд ли сможем оплатить из казны товарищества.
Дело в том, что купцы, являвшиеся членами товарищества, могли не только получать льготные ссуды, но и рассчитывать на частичное возмещение ущерба при потере товара. Однако конфискация товаров и судов ромеями на несчастный случай или нападение разбойников явно не походила.
– Завтра соберемся и будем решать, что делать, – продолжил глава купеческого товарищества. – Приходи с сыном к полудню. Думаю, к этому времени я уже смогу всех созвать.
Кроме купцов, Велемудр решил пригласить на собрание и посадников соседних городов, так как дело касалось судьбы их горожан, захваченных ромеями. Присутствовал на нем и великокняжеский наместник Радмир, ведь половину каравана составляли ладьи Мстивоя и подвластных ему князей.
Вначале собравшиеся на следующий день торговцы и посадники выслушали рассказ сына Неговита, постоянно прерываемый возмущенными и негодующими возгласами присутствующих. Когда он закончил описывать свое возвращение на родину, ему стали задавать вопросы. Из них можно было предположить, что многие купцы еще надеялись на справедливость суда ромеев.
– Я знаю Симеона, – неожиданно пришел на помощь Кудре купец Турвид. – Если он считает, что ромеи заберут весь наш товар и ладьи, то так оно и будет. У них свои законы, и Симеон их прекрасно знает, что уже не раз доказывал. Это я познакомил его с Креславом.
– И что нам тогда делать? – потерянно спросил Беляй. – Кто мне вернет триста солидов за товар?
– А мне больше четырехсот! – поддержал его сосед.
Начавшийся после их заявлений галдеж среди купцов затих нескоро. Велемудр внимательно прислушивался к выкрикам и спорам, даже не пытаясь вмешаться. А когда они стали тише, неожиданно заявил, что вернуть захваченное добро можно только силой.
– Но тогда нам придется отказаться от торговли с ромеями, – напомнил главе товарищества Неговит.
– Да, наверное, мы будем вынуждены опять какое-то время торговать с ромеями через Херсон, – согласился тот. – Зато вернем свое имущество и докажем всем, что так поступать с нашими купцами никому не позволено.
– Может, лучше вначале попытаться договориться с ними по-мирному, – осторожно предложил купец Гунастр. – Воевать с ромеями – дело дорогое и опасное.
– Конечно, мы можем отправить посольство, но сомневаюсь, что оно сможет чего-нибудь добиться, – заявил посадник Миллина. – А вот когда под стенами их столицы будут стоять наши дружинники, они будут куда сговорчивее.
– Константинополь – огромный город, и его охраняют тысячи воинов, – напомнил собравшимся купцам и посадникам старик Турвид. – Так что взять его легко не получится.
– А зачем нам штурмовать их столицу, – возразил ему Велемудр. – У ромеев есть и другие менее защищенные города. Кстати, а что думает о случившемся наместник великого князя?
Обращение посадника Миллина к Радмиру не застало того врасплох. Полабский княжич уже давно решил для себя, что оставлять без ответа подобные действия ромеев нельзя. Однако, как наместник Мстивоя, он только высказался за принятие всех возможных мер, чтобы освободить захваченных людей и возместить понесенные убытки.
– Я завтра же отправлюсь к Мстивою, и мне бы хотелось ознакомить его с решением вашего собрания.
– Предлагаю поднять руки тех, кто за военный поход, – сразу призвал к голосованию соратников глава купеческого товарищества и союза торговых городов. – Как видишь, уважаемый наместник, подавляющее большинство из нас за наказание ромеев. Так что теперь окончательное решение за великим князем.
Последняя фраза Велемудра вызвала на лицах у многих купцов ухмылку. Посадник Миллина еще раз подтвердил свое имя, несколькими словами переложив всю ответственность за поход против ромеев на Мстивоя.
– Из-за чего такая спешка? – поинтересовался Вислав у гонца, сообщившего, что старший брат хочет его срочно видеть. – Может, опять война намечается?
– Ничего о ней не слышал, – признался приехавший воин. – А вот об аресте наших купцов в Константинополе слухи ходят.
Руянский князь попытался выяснить у него подробности случившегося, но гонец мало что знал. Детали захвата руского каравана рассказал младшему брату сам Мстивой, когда тот приехал к нему в Велегард. Под конец он признался, что его только прямые потери от конфискации товаров и судов составляют полтысячи гривен.