— Хорошо, — уязвленно заметила творческая натура, глядя на керамическое изделие. — Я попробую! Так и быть, сделаю одолжение!
Меня попросили покинуть помещение, а пока я доставала железную кружку — единственную, которая уцелела после ужика и его родни, кипятила чайник, в ванной послышался звук, который не предвещал ничего хорошего. Я бросилась туда, увидев, что раковина валяется на полу разбитая вдребезги, а под конским седалищем лежит треснутый бачок. Кто ж меня за язык тянул? Нет чтобы предложить газетку! Нет! Я как культурный человек… Ой! Копыта ерзали по мокрому полу, на полу валялись полотенца, моя зубная щетка и перевернутый хвостом шампунь для тонких и ослабленных волос. В этот момент я поняла, почему крышечки нужно завинчивать плотно! Белое содержимое флакона, на который наступило огромное копыто, струей брызнуло на мокрый кафель. Нет, я вполне отдаю себе отчет, что талантливый человек талантлив во всем, но мне кажется, еще рановато вводить в олимпиаду новый вид спорта — фигурное катание на коньках с конем. Пытаясь ухватиться за стены, принцеконь ругался ровно до тех пор, пока не пробил копытом унитаз, поскользнувшись на коврике.
— Это возмутительно! — орал он, пытаясь собраться с мыслями и четырьмя ногами на скользком кафеле. Я согласилась, понимая, что теперь минимум до следующей зарплаты придется изображать птичку на проводе, дабы острый край не вошел в нежный филей. Вода хлестала из шланга, поливая гостя и стены. Капли застывали на упругом торсе, мокрые, растрепанные волосы эротическими сосульками падали на крепкие плечи. «К туалету приучен!» — кивает сердобольная бабушка, раздающая котят возле остановки «Центральный рынок». А я жалобно заглядываю в коробочку, пытаясь удержать скупую слезу умиления!
Нет, это был не любитель моей сантехники! Это был профессионал! Я выгребала тряпками воду, сливая ее в ванну, утирала пот и собирала осколки, пока на кухне раздавалась серенада о любви, далекой от платонической.
— И отдал в твои руки… — развернулся в силу своих легких певец, пока я прикидывала, где находится ближайший театр оперы и балета, дабы отвести туда будущего солиста на собеседование. Я представила сцену, которую посыпают бутафорским снежком, а на ней стоит конь в пальто и поет, протягивая руку в сторону зрителей. На афишах красуется ария «Конь в пальто» и мюзикла «Конь в пальто»! Если не возьмут в оперу, придется идти в балет, чтобы играть роль принца! А что? Реквизит уже встроенный!
— Мой мускул воспаленный! Трепещущий при виде красоты! — закончил кавалерист, пока пехота выжимала тряпку. Не хочу знать, что там с мускулом и почему он воспален! Вот не хочу, и все! Но эту песню мы прибережем для корпоратива проктологов.
Итак, что мы имеем? Есть песни для корпоратива маммологов, проктологов, кардиологов и венерологов.
— Мое сердце, которому нужна только ты-ы-ы! — закончил сольник кавалерист, аккомпанируя себе копытами. Отлично, еще один кардиологический шлягер. Я считаю, что плитка на кухне тоже должна иметь свою долю от гонораров!
В дверь позвонили, причем так, словно вместо звонка выдавливали мой дергающийся глаз. Непрерывная тревожная трель звонка и гул на лестничной клетке свидетельствовали, что пришли радостные фанаты, дабы в полной мере обласкать своего кумира, вручить ему букет звездюлей и порвать на сувениры. Я бы и сама наладила выпуск сувениров, глядя на санузел, застывший в тревожном ожидании «следующего культурного похода».
Открывать дверь и приоткрывать занавес своей личной жизни я не решилась, тихо отморозившись от настойчивых пинаний моей двери. Если что — все ушли на фронт! Добивать раненых бодрыми песенками!
Я сидела на последнем стуле, пила чай, пока Бейлис прогонял свой репертуар по пятому кругу, застыв конной статуей в центре кухни. Где-то неподалеку была круглосуточная аптека, в которой продавались затычки для ушей. Если природа обделила меня серными пробками, то придется выкручиваться.
— Знаешь, — я поставила кружку на стол, тихо зверея. — Кроме пения ты что-нибудь умеешь? Мне просто интересно.
Если он помимо пения увлекается танцами, то я сразу пишу себе эпитафию, скручиваю ее на манер свечки и жду, когда мне выломают дверь.
— А зачем мне что-то уметь? Знаешь, талант — это дар, который боги посылают избранным, — горделиво заметил жених, глядя на меня с высокомерием человека, который имеет дело с неучем, путающим Пушкина и Гоголя. — Видишь, ты талантами обделена, поэтому ты должна восхищаться теми, кто ими наделен!