Интересный поворот сюжета! Это только у меня во сне посреди постельной сцены появляется буренка? Или это намек, что пора брать быка за рога?
— Ы-ы-ы! Ы-ы-ы! — где-то мучилась бедная коровка, внезапно решившая, что эротический сон — это то самое место, в котором она непременно должна быть главной героиней. — Ы-ы-ы!
Дверь распахнулась, свечи погасли, я дернулась, чувствуя, что отталкиваю кого-то вполне телесного и слегка возмущенного моим внезапным порывом.
Я бросилась к выключателю, пытаясь на ходу завернуться в простыню, включила свет и увидела интереснейшую картину. Посреди комнаты стоял кентавр с лампочкой во рту, издавая такие звуки, что все коровы тихо помирали от зависти, а одинокий бык с надеждой посмотрел в нашу сторону, радостно сообщив, что нашел свою невесту. На кровати спешно пытался одеться мой новый куратор, бросая на меня странный, задумчивый взгляд, как будто в разгар любовной сцены я шепнула на ушко, что венерических уже не боюсь, ведь твоя зараза к моей заразе вряд ли прилипнет. На моей руке горел странным светом перстень, заставляя щуриться и с удивлением разглядывать проступившие неведомые письмена.
— Ы-ы-ы! — с негодованием промычал Бейлис, как бы намекая, что в чужом хозяйстве он уже пригодился и хочет убраться отсюда подобру-поздорову, переживая за свое, родное.
Вот не могу понять, что его больше огорчило? Лампочка во рту или невеста с другим?
— Ы-ы-ы! — снова разошелся Бейлис, пуская мыльные пузыри.
— Чего ты пенишься? — усмехнулся новый куратор, бросая злобный взгляд на «А что это вы тут делаете?» — Держи от меня подарок, идиот!
Один щелчок пальцев, и на голове страдальца появились вполне себе роскошные оленьи рога, которые чуть не процарапали мне потолок.
— Это тебе маленький подарок, — усмехнулся инкуб, а потом посмотрел на меня, застегивая рубашку. — Ну что ж… Испытание ты прошла! Молодец! Не ожидал!
— Слушай, я не оргазм, чтобы меня испытывать! И не атомная станция! — возмутилась я, неприязненно глядя на ловеласа и чувствуя, что меня передергивает. — Я хочу прекратить игру! Мне уже надоело! Я согласна на венец безбрачия! Согласна, что от меня мужики будут шарахаться! Никого я не буду выбирать. Хватит! Я устала! Я уже всех посмотрела, и мне никто не нравится.
— Нет, не всех, — заметил инкуб, улыбаясь. — Знаешь, девочка моя, я действительно должен был тебя соблазнить, но, как видишь, ты устояла. Не знаю, каким чудом…
— Ы-ы-ы! — подало голос чудо природы, ощупывая переизбыток кальция в организме и ужасаясь. Зря он переживает! На рогах поместится даже не венок, а целый лавровый куст!
— Значит, он сделал правильный выбор. Понимаешь, — мой куратор присел на кровать, глядя на меня с уважением, — демоны влюбляются редко, а ценными специалистами в аду не разбрасываются направо и налево. Но раз ты прошла испытание, ты заслужила свое счастье. И следующий жених…
Мое сердце сделало несколько глухих ударов, прежде чем послышался конец фразы.
— Тебя не разочарует, — усмехнулся новый куратор. — Пойдем, олень. Или ты все-таки надумал жениться на этой прекрасной девушке?
— Ы-ы-ы! — кентавр округлил глаза, икнул и показал пальцами на лампочку, а потом растворился в воздухе вместе с инкубом, оставив меня с маленьким огоньком надежды, который вспыхнул теплотой в моей груди.
Глава одиннадцатая
Ежик в тумане
Брак у нас бывает часто!
Ничто не согревает так, как надежда. Ни один камин, калорифер, батарея, костер, одеяло не сумеет согреть лучше, чем маленький огонек надежды, который зажигается после неосторожного слова и таинственного взгляда. В такой момент кажется, что можно бежать босиком по снегу и не замерзнуть, идти под проливным дождем без зонта и не простудиться, сидеть в холодной квартире и не подхватить воспаление легких… Некоторые мужчины не идут встречать любимую, забывшую зонт, и экономят на женских зимних сапогах исключительно потому, что где-то работает фабрика женских иллюзий «Надежда». Она наладила несколько конвейерных линий: «Он изменится! Вот увидите», «Рожу, и он изменится», «Любовница не тот свет! Вернется», «Жена не стенка. Подвинется», «Принц на черном „Мерседесе“ обязательно приедет». Эти линии работают без страйков и перебоев уже много столетий. Раньше они обеспечивали Сену и другие водоемы утопленницами, сейчас тормозят статистику разводов и улучшают демографию.