— Единственная, — повторил Ипохондриэль, беря меня за руку. — Единственная, кто согласен… Остальные девушки мне отказали… Так что ты — мой последний шанс…
Улыбка польщенной женщины медленно сползала с моего лица. Глядя на некоторых мужчин, ты сразу знаешь, что будешь для него единственной. А все почему? Потому что другая на него просто не позарится. Какая любовница? О чем вы? Да с таким мужиком ты никогда не будешь бегать по гадалкам с просьбой: «Увела любовница. Приворожить обратно!» Любовница сама его вернет с глубочайшими извинениями, если вдруг он все-таки решится на измену.
Ближе к ночи эльф уснул, оставив меня в глубоких раздумьях, наедине с кружкой чая и мыслями о том, что я и есть тот уходящий поезд, в чей последний вагон собирается заскочить ушастый безбилетный пассажир.
«Билет в один капец» проснулся и начал стонать, как раненый, срочно требуя водички и мокрое полотенце. Я закатила глаза, понимая, что вставать совсем не хочется, а уж тем более бежать сломя голову в ванную и мочить полотенце. Хорошее слово «мочить».
— Умираю… — всхлипнул Ипохондриэль, понимая, что я как-то не тороплюсь в рамках генеральной репетиции чего-то маловероятного скакать на кухню за водой.
— Умираю! — нарочито громко застонал эльф, явно недоумевая, почему это я, бессердечная, все еще бессовестно сплю в такой ответственный момент очередной попытки «умирания».
Не выдержав стонов и охов, я поплелась на кухню, плеснула воды из чайника в кружку и протянула тому, кто уже собирался протягивать ноги, предварительно прикрыв их моим одеялом.
— Теплая… — захныкал Ипохондриэль, который все никак не Умриэль. — А я хотел прохладную… Я не буду пить теплую воду…
На меня смотрели такими глазами, словно в чайнике я завариваю крысиный яд, а теперь с улыбкой предлагаю всем чая.
— Слушай, — не выдержала я, глядя на эльфа. — Ты мужик или Как? Мне кажется, что ты — Как! Именно Как! Даже не Пис!
— Я кушать хочу, — уныло заметил Ипохондриэль, пока я смотрела на часы. Два часа ночи. Аппетит только разыгрался, как наша сборная по футболу, в связи с чем меня отфутболили на кухню строгать салат. Я принесла к постели умирающего салат и хлебушек, но эльф повертел носом.
— Яне хочу такое… Это было в прошлый раз… — надулся Ипохондриэль, отодвигая от себя подальше свою траву. — А что-то другое есть?
— Есть мясо! — заметила я, понимая, что однажды Бог сказал: «Плодитесь и размножайтесь», но это услышали только придурки. Они почесали свои «плодильники» и «размножальники» и тут же приступили к решительным действиям.
— Нет! — гордо ответил эльф. — Что-то другое, но не мясо и не это… А есть грибы? Или, например, салат из молодых побегов…
Люблю мужиков, которые считают, что хорошая хозяйка из яиц и картошки слепит бульон, щи, окрошку, креветок, лобстеров, омаров, салат из мидий и кальмаров, пирог, десерт и фуа-гра, и все, что не было вчера!
— Послушай, — вспылил повар-полуночник в моем лице. — Я даже не знаю, как тебя назвать: эльфом или придурком? Придурком, мне кажется, не так обидно! Хватит себя вести как маленький ребенок!
— Ну вот опять ты кричишь на меня. Что я тебе плохого сделал? — обиделся Ипохондриэль, натягивая одеяло себе на грудь. — Я же не кричал на тебя, я просто спросил… А ты кричишь… Ты даже не спросила, как я себя чувствую… А вот это обидно!
Я отвернулась в противоположную от эльфа сторону и, несмотря на его лекцию на тему «Ты меня совсем не любишь», уснула.
Утром меня трясли за плечо, причем так, словно к нам в гости заглянул слон и навалил кучу в коридоре, а жребий выгребать пал на меня.
— Я есть хочу, — жалобно заметил Ипохондриэль. — Ты ничего не приготовила? Я думал, ты приготовила, проснулся и почти выздоровел…
— А я заболела, — соврала я, накрываясь одеялом с головой. — Это ты меня заразил…
— Плохо, — внезапно погрустнел эльф. — Ты заболела, потому что ела мясо! Я же говорил тебе, не есть мясо, а ты ела…
Мне срочно нужен Шерлок Холмс, чтобы найти хотя бы следы логики в данном заявлении. И доктор Ватсон на случай, если следы будут найдены.
— Принеси мне водички, — прошептала я, пока мне завидовали все умирающие лебедки.
— А встать ты не можешь? — Ипохондриэль смотрел на меня с явной обидой. — Откуда я знаю, где у тебя вода? А еще я немного болею…
Только не говори, что ты еще не настолько окреп, чтобы удержать в руках стакан с водой, ибо я боюсь представить, что творится в туалете. Улыбнитесь! Вас снимает скрытый снайпер!