- Прошу, не трогай меня, - взмолился в ужасе парень, замирая передо мной, как кролик перед удавом, - я сделаю все, что ты хочешь!
- Тогда не смей больше трогать Марину и делать из девушек себе постельных игрушек, - произнесла я четко, окутывая его плотным облаком своей темной энергии.
- Клянусь! - заверил он, вжимаясь в стену.
На самом деле я вряд ли что-то смогла бы ему сделать энергией смерти, но выглядело это эффектно, на джинсах парня растеклось мокрое пятно. Только я собралась пробовать отпускать силу в пространство, как почувствовала железную хватку на своем запястье.
- Ворошилова! - рявкнул у меня прямо над ухом знакомый голос, - ты седин моих хочешь?!
Я медленно повернула голову и подняла глаза на очень недовольного Сатану.
- Хочешь, чтобы я забрал тебя сейчас же в колледж и отвел к директору на разбирательство или сразу в отдел по контролю магии, чтобы тебе штраф назначили?! - он жестко поднял мой подбородок, сверля взглядом.
Я машинально отпустила силу и поморщилась, Сатана схватил как раз за ударенную скулу, причиняя боль. Из просто злого взгляд мужчины мигом стал разъяренным, когда он заметил мое припухшее лицо и струйку крови из уголка губы, которую я не успела стереть. Мама!
- Это он тебя ударил? - цедя каждое слово, поинтересовался наставник, кивая на съежившегося от страха Макса.
Я несмело кивнула, опасаясь, что наставник сейчас Макса и прикопает прямо в подъезде, под плитку, может, даже живьем. Парень позади меня сдавленно всхлипнул и отключился под смертоносным взглядом темных бездн Сатаны.
- Отпустите, пожалуйста, мне больно, - попросила я тихо, стараясь отвлечь его от членовредительства.
Мужчина перевел на меня более осмысленный взгляд и аккуратно, кончиками пальцев, прошелся по моей скуле, убирая простеньким плетением последствия удара. Меня бросило в жар, а по телу табунами забегали мурашки.
Сатана, закончив со мной, медленно перевел взгляд на парня. В его глазах была холодная решимость, а вокруг уплотнилась опасная магия. Мне стало по-настоящему страшно. Я никогда не сталкивалась с настоящими маньяками или убийцами. Но сейчас вновь каким-то шестым чувством поняла, что учителю не впервой лишать кого-то жизни. И из-за какого-то синяка он готов разорвать человека в клочья.
- Не надо, Лука Русланович, - пролепетала я, мой голос предательски дрожал, - он уже получил свое, не убивайте его.
Мужчина прикрыл глаза, и давящая сила перестала ощущаться. Он простоял так какое-то время, беря свои чувства под контроль. А глупое сердце наполнилось странной надеждой, он ведь из-за меня готов был пойти на преступление. Горько усмехнувшись, я затолкала несбыточные мечты подальше.
- Прости, что напугал, - невесело сказал он, наконец, открывая глаза, его голос был пропитан горечью и виной.
Мое сердце от его глубокого тембра снова затопило нежностью, и я поняла, что пропала, на этот раз окончательно и бесповоротно.
- Ты останешься здесь, или отправить тебя домой? - спросил он, спустя несколько секунд, пристально меня разглядывая.
- Домой, - сдавленно прошептала я, стараясь быстрее унять сердцебиение и выровнять сбившееся дыхание.
Он молча протянул руку, и нас расщепил коридор перехода. Я даже не обратила на это внимания, погруженная в свои панические думы. Мы переместились на мою лестничную клетку, а я только сейчас сообразила, что оставила пуховик в гостях. Я обреченно нажала на дверной звонок.
- Я надеюсь, что вы меня не заставите объяснять происшествие своим родителям? - донеслось до меня уже привычно-язвительное. Мужчина вновь вернулся к своей обычной манере общения.
- Честно, я хотела пригласить вас на чашку чая, - смущаясь, произнесла я, - дома только брат. Но если вы против...
Дверь неожиданно открылась, являя нам заспанно щурящегося Витю.
- Ты где шляешься?! - буркнул он недовольно, - ушла в магазин, а сама пропала, даже не сообщила, что с тобой. А я тут беспокойся о своей бедовой сестре! Хорошо хоть, родители на работе.
- Прости, - покаялась я, понимая, что брат прав, хотя, вряд ли он сильно переживал.
Витя хотел сказать что-то еще, но заметил Сатану позади меня и явно струхнул.
- З-здравствуйте, - заикаясь, пролепетал мой драгоценный братик, моментально исчезая за дверью, на что наставник только самодовольно прищурился.
- Так зайдете? - неуверенно произнесла я, отчаянно не желая с ним прощаться, все-таки прав он, я мазохистка.
- Что ж, раз вы настаиваете, - хмыкнул учитель, будто великое одолжение сделал.
Это немного успокоило мое сердце, заставляя снова ненавидеть несносного позера. Поэтому скорее умчалась на кухню, готовить чай. Процедура поиска нужной жестяной банки настолько увлекла меня, что я не заметила, как наставник тихо прошел в помещение и уселся за стол, с интересом наблюдая за моими действиями.