***
Настоящее время
Вновь полыхнула гроза, и только тогда Кая, очнувшись от воспоминаний, поняла, что молчаливые слёзы беззвучно заливают подушку. Время идёт, а боль по-прежнему острая, словно свежая колотая рана.
Ментальное вмешательство показало, что такой мощный всплеск доселе запертой огненной магии Каи действительно спровоцировало стороннее вмешательство, однако оно было лишь катализатором. Принцесса, организм которой был ослаблен потрясением, действительно могла не пережить применение к ней ментальной магии, однако спасла святая исцеляющая сила Источника, милостиво дарованная королевой.
Вот только сама Кая не особо хотела жить. Пожираемая чувством вины и скорбью, девочка отказывалась от еды и питья, которые пришлось ей давать насильно, и вскоре больше походила на тощую изломанную куклу, чем на живого человека. При этом единственной, кто проявил к ней искреннюю заботу, оказалась... принцесса Эвелина. Она всегда всеми силами тянулась к старшей сестре, пыталась заполучить её любовь и внимание. Это не изменилось даже после произошедшего, и каждый день маленькая принцесса приходила к Кае то с собственноручно собранными цветами, то со сладостями, и весело о чём-то рассказывала абсолютно безмолвной сестре, пытаясь хоть немного её приободрить.
Как бы то ни было, Кая всё ещё оставалась ребёнком, в котором жизнелюбие сильнее боли и уныния, причём ребёнком, как никогда нуждающимся хоть в чьей-то поддержке и любви. Покоряющая искренность и солнечное очарование Эви неожиданно стало для неё путеводной ниточкой, за которую можно уцепиться, лучом света в темноте.
Осторожно погладив сестру по волосам, Кая окончательно успокоилась и вновь закрыла глаза, пытаясь уснуть. Кажется, гроза начала стихать, но тревожное предчувствие беды только нарастало.
***
Тем временем королева Элизабет металась по кабинету, как тигрица в клетке. Она совершила ряд ужасных ошибок, осмелившись оказать тайную поддержку светлой империи Сейман в назревающей войне против Аргрейна. Такая опрометчивая попытка хоть немного ослабить вассалитет, вывести своё маленькое королевство, застрявшего меж двух огней, из-под ужасающего давления... и за это придётся дорого заплатить. Собственными дочерьми.
~Визуализация: главные героини в детстве~
Эвелина (Эви)
Кайлин (Кая)
Глава 2. Прощение и прощание
«Любящим
Хотел бы пожелать я –
В радости,
В разлуке или в горе, -
Вечно помнить
Первое объятье,
Забывая
О последней ссоре».
~А. Гитович~
***
С того момента, как империя Аргрейн выдвинула требование отдать принцесс Эйриса в качестве заложниц, прошёл почти год. Дипломатам королевы до сих пор удавалось отсрочить это, было предпринято множество попыток найти альтернативное, компромиссное решение, но император Аргрейна твёрдо настаивал на своём. Ему нужен был бесспорный «поводок», который не позволит королеве Элизабет вновь опрометчиво оказывать военную помощь Священной империи Сейман, лавировать между двумя огнями. И вот - настало время отбытия.
Кайлин исполнилось десять. Уже три года она под неумолимым королевским приказом пыталась освоить свой ненавистный дар, магию огня, и хотя дар был достаточно мощным - успехи в освоении были небольшими, именно из-за того, что принцесса не могла преодолеть ненависть. Если бы она только могла - ни за что бы не стала учиться этой магии, вытравила бы из себя проклятый огонь, но увы, это невозможно. Более того, если не учиться контролировать магию, это может быть опасно даже при условии постоянного ношения артефактов-ограничителей, а меньше всего на свете Кая хотела повторения несчастья. Поэтому, переступая через себя, с несломимым усердием укрощала огонь в своей крови.
Однако не забывала она и о тех крохах магии Жизни, что были ей подвластны. Тётя Розалин была знаменита своей вышивкой, напитанной целебной магией - пусть и простенькой, вроде избавления от головной боли или ломоты в уставшем теле, но действовавшей более эффективно, чем дорогие целительские артефакты из Сеймана. Она учила этому и Каю, которой хоть и удалось перенять от неё лишь основы этого искусства, всё же удавалось учиться развивать этот полезный навык самостоятельно. Тут всё у неё получалось гораздо легче, чем с огненным даром, поскольку принцесса искренне любила вышивку и магию Жизни - это занятие было словно ниточкой к прошлому, счастливым воспоминаниям. Чем-то глубоко личным и сокровенным, поэтому Кая не делилась этими навыками даже с Эви.