Надо взять себя в руки, в конце концов, она не просто маг, а по материнской линии еще и травница! Можно сказать, почти лекарка, умеющая чарами заговаривать различные растения. Собрав мысли в кулак, Тера несколько раз глубоко вздохнула. Так, в первую очередь — холодная вода. Если окатить ею человека, принявшего слишком большую дозу теймари, она замедляет действие лекарства и немного облегчает дыхание. К счастью, в распоряжении Теры было полно воды. Решительно подхватив под мышки тяжелого мужа, она наскоро чуть приколдовала себе силы и, стиснув зубы, поволокла его в купальню.
Мыльную воду прочь из лохани — одним движением руки Ильтера скатала ее в бурлящий комок и, недолго думая, бесцеремонно выплеснула прямо на улицу, быстро распахнув окно, а затем сразу прикрыв возмущенно скрипнувшую створку. Убедившись, что на деревянной поверхности не осталось и капли, способной отдать остатки тепла, чародейка быстро вылила в нее содержимое пяти больших кувшинов — к счастью, для королевской купальни воду всегда оставляли с большим запасом, а теперь она уже достаточно остыла.
На всякий случай прикоснувшись к лохани лучиком магии и еще охладив ее содержимое, уже изрядно уставшая Тера с некоторым трудом перевалила через высокий бортик тело тяжело дышащего мужа и осторожно устроила его на спине. Он слегка вздрогнул, оказавшись в ледяной воде, и Ильтера сочла это хорошим знаком. Резкое охлаждение позволило Дорнану сделать несколько глубоких судорожных вздохов, его веки дрогнули, как будто он почти пришел в чувство, но потом снова захрипел, судорожно пытаясь впустить в легкие спасительный воздух.
Тера метнулась в спальню, где, взмахнув руками, зажгла одновременно все свечи. Распахнув сундучок с травами, она принялась с немыслимой скоростью перебирать остро пахнущие мешочки в поисках нужного снадобья. За считанные мгновения она нашла и гейн, и паррик, и фойнхам — их требовалось растереть, смешать и заварить, чтобы получить противоядие от теймари. Едва Ильтере на глаза попалась ступка, как пестик в ней сам собой задвигался под суровым взглядом, разминая спасительный порошок, пока девушка трясущимися руками подсыпала травки.
Ей казалось, что время стремительно уходит, утекает, словно капли воды сквозь пальцы. Тера бросилась в купальню, за ней, словно снаряд из катапульты, со свистом пронеслась по воздуху ступка, благодаря чарам не перестающая и в полете измельчать травы. Дорнан дышал все с большим трудом, его лицо стало совершенно белым, черты заострились, словно он уже слышал поступь приближающейся смерти. Девушка еще немного охладила воду в лохани, затем заставила ступку наклониться и зачерпнуть немного. Обхватив ее ладонью, Тера послала в нее весь жар, на который у нее осталось сил, и вода моментально вскипела, подняв к потолку купальни несколько клубов пара, а нагревшиеся стенки сосуда обожгли пальцы.
— Отец — Небо и три богини, помогите ему! — бормотала девушка, баюкая в руке ступку с дымящимся содержимым. — И мне тоже! Будьте милостивы, помогите нам обоим! Манниари — травница, войди в руки дочери своей!
От испуга Ильтера забыла даже те остатки молитв, которые когда‑то слышала, поэтому просто разговаривала с богинями и Отцом — Небом так, словно они были ее семьей, чародеями или лекарями, живущими по соседству. Оставалось надеяться, что она все же не настолько насолила небесным покровителям Эрнодара, чтобы они отказали ей в помощи! Ей казалось, что Дорнан вот — вот перестанет дышать: каждый его хрип девушке слышался как последний. Он втягивал воздух сквозь судорожно стиснутые зубы, и чародейке пришлось потратить еще несколько драгоценных секунд на то, чтобы отыскать в спальне что‑нибудь плоское. В итоге, чтобы влить мужу в рот противоядие от теймари, Ильтере пришлось разжимать ему зубы его собственным кинжалом.
К счастью, стремительно приближающееся небытие еще не успело сковать гортань Дорнана, и он судорожно сглотнул отвар трех трав, закашлялся, но сделал еще несколько глотков. А потом вдруг вздрогнул и как‑то обмяк в своей ледяной купальне. Опустившись рядом на мокрый пол, Тера едва не заскулила от отчаяния. Опоздала! Отец — Небо и три богини, за что?!