Чародейка невольно проводила домоправительницу удивленным взглядом, снова повернулась к зеркалу и нахмурилась. Что это значит? Она‑то предполагала, что слухи «возвращают» ее во дворец как придворного мага, но неужели Сора уже сейчас знает, кто будет объявлен невестой Дорнана Койра? Откуда, если даже первые лица государства пока пребывают в блаженном неведении относительно его планов (а большинство при этом искренне считает, что он сделает совершенно другой выбор, гораздо более логичный и мудрый)? Но реверанс на прощание не оставлял сомнений: Сора считает, что при новом правителе Ильтера Морн не только сохранит свое положение при дворе, но и упрочит его, а скорее даже поднимется на ступень выше. Что это — чутье женщины, немало пожившей при дворе и многое повидавшей? Или что‑то другое? И чем вызвана такая уверенность в том, что ей, Ильтере, под силу вернуть ее во дворец?
Так ничего и не решив, девушка накинула на плечи легкий плащ и вышла из спальни, собираясь спуститься во двор. Судя по удлинившимся теням, восход Элерры был уже не так далек, так что ей даже с учетом приличествующего случаю опоздания пора было отправляться на прием к Далларе Игрен…
Глава 7
— Бесконечно счастлив приветствовать ваше величество! — розовощекий полненький мужчина средних лет, имя которого Дорнан как ни силился, так и не сумел припомнить, довольно изящно склонился перед ним в поклоне. — Очень… гм… сожалею, что так безобразно промедлил с заверениями вас в моем искреннем почтении!
— Ну что вы! — будущий государь Эрнодара справедливо опасался, что после получаса приветствий улыбка у него уже получалась довольно вымученная. — Вам не в чем себя упрекнуть, совершенно не в чем!
— Ах, вы так добры ко мне, ваше величество! — радостно забормотал его собеседник, глядя на Дорнана снизу вверх. — Я редко появляюсь при дворе, однако ваш отец в свое время весьма высоко ценил Дом Тейр, к которому я имею честь относиться.
— Несомненно, — суховато промолвил Дорнан Койр, которому беседы о том, кого и каким образом выделял отец, надоели еще больше, чем необходимость постоянно улыбаться.
— Да, его величество — я имею в виду вашего покойного батюшку, разумеется, — представитель Дома Тейр слегка понизил голос, делая свои слова достоянием исключительно собеседника, — славился тем, что никогда не забывал даже о самых дальших пограничных Домах. Правда, именно мы поддержали его после смерти старого короля! Разумеется, я имею в виду в первую очередь Дом Джинес и лорда Эталинфа, но многие из нас тогда сделали свой выбор — и его величество Майрит ан’Койр никогда не позволял усомниться в его правильности. А ведь если бы не несколько Домов, склонивших часу весов на сторону вашей семьи, королем Эрнодара мог бы стать лорд Гейрин Стелл. Но, откровенно говоря, он был уже староват для трона, а ваш отец вовремя сделал предложение юной Диноре, вашей матушке. Таким образом именно вашему величеству выпала истинная честь объединить на троне два самых сильных Дома Эрнодара…
Дорнан не очень внимательно слушал собеседника. Конечно, когда Даллара объявила о том, что дает прием в честь будущего короля, все представители эрнодарских Домов, находившиеся в столице, оказались обласканы приглашениями на него. Леди Игрен просто не могла быть настолько невежлива, чтобы забыть хотя бы о каком‑нибудь захолустном Доме, представитель которого заехал в столицу на пару дней. И теперь Дорнан уже полчаса кружил по приемному залу, улыбаясь своим подданным и выслушивая от них многословные заверения в вечной преданности. Старшее поколение охотно припоминало и Майрита, совершенно не отдавая себе отчет в том, что боль от потери еще не утихла. Историю же о том, кто и как поддержал Дом Койр в борьбе за трон сорок три года назад, Дорнан выслушал уже в нескольких вариациях. По правде говоря, если бы в то время у его отца действительно было так много соратников, союз с Домом Стелл не понадобился бы вовсе — Майрита при любом раскладе усадили бы на трон, даже если бы он вдруг закапризничал и вздумал сопротивляться.
Когда Илиат ан’Болар, правивший Эрнодаром всего восемь лет, бездетным ушел на встречу с предками за пиршественным столом Отца — Неба, трон остался без прямого наследника. Двадцатидвухлетний Майрит, глава Дома Койр, и Гейрин Стелл, которому тогда было уже к шестидесяти, оказались на равном удалении от трона, причем оба приходились покойному Илиату родственниками по женской линии — такая связь не считалась слишком прочной. Знать некоторое время колебалась между молодым мужчиной без опыта правления и почти стариком, уже много лет возглавляющим свой Дом, но все же склонилась к Майриту. Обиженный Гейрин (или его обойденные наследники: Канару Стеллу тогда сравнялось девятнадцать, а Роэрану было пятнадцать, и они, несомненно, полагали отца достойным трона) едва не развязал гражданскую войну, но взошедший на престол Майрит сделал предложение его дочери — восемнадцатилетней Диноре. Брак был благополучно заключен, и главе Дома Стелл пришлось удовлетвориться тем, что когда‑нибудь править Эрнодаром будут его внуки.