Я отодвинулась, посмотрела на Райдера, а затем подняла колено и ударила его по яйцам, отправив в полёт через зал. Райдер вмазался в стену. Я стояла неподвижно как статуя, и наблюдала, как Райдер, тяжело дыша, скатился вниз. Никто не двигался, пока я медленно шла вперёд, насторожившись и полностью контролируя ситуацию. Райдер поднялся, стряхнул пыль от проломленной стены с плеч и, развернувшись, посмотрел на меня.
— Вот это моя девочка. Добро пожаловать домой. — Его губы изогнулись в улыбке. Райдер не заботился о том, что я собиралась уничтожить его и стереть в порошок эту ухмылку.
— Беги, чёртов Фейри, — прошептала я едва слышно, но так, чтобы предупреждение до него дошло. Что-то затрепетало у меня за спиной и я, чуть повернув голову, увидела, что у меня крылья. Это что-то новенькое. Я наблюдала, как они полностью раскрылись, и ухмыльнулась, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Райдера. Он исчез, и я последовала за ним в потоке движений. Райдер думал, что может просто вернуться и сказать, что любит меня? Да пошёл он. Он оставил меня там умирать, на мучения в течение двадцати грёбаных лет моей жизни.
Я холодно улыбнулась, изучая образы, которые проходили через поток вместе со мной. Я приземлилась раньше и пнула Райдера в спину, наблюдая, как он перекатился по земле, принял сидячее положение, а затем просеялся.
— Тебе, мать твою, лучше быстро бегать, мудак.
Глава 9
Райдер материализовался рядом с Прудами Фейри, и я приземлилась перед ним, замахнувшись, когда он повернулся ко мне и перепрыгнул через ногу. Я подалась вперёд, желая разорвать грудь и забрать сердце, но он схватил меня за руки.
— Какого хрена, Синтия? — прорычал он.
— Пошёл ты! — зашипела я, почувствовав, как остальные просеялись к нам.
— Предполагалось, что там никого нет, — заметил Райдер и отпустил мою руку
Земля вокруг задрожала, когда я выбила почву у него из-под ног, отправив плыть к воде. Я просеялась, пнув его в живот с сердитым рычанием, прежде чем он успел всплыть на поверхность. Он просеялся, не нападая, как я хотела, а вместо этого появляясь на берегу. Тяжело дыша, я медленно вышла из воды и направилась к нему.
— Я думал, что тюрьма пуста.
— Это не так.
Я просеялась, но Райдер исчез за мгновение до того, как я добрался до него. Окружающие с прищуром смотрели на мои крылья и пульсирующие метки, которые шли от предплечий по рукам и обвивались вокруг туловища.
Я исчезла и появилась в лесу. Затем огляделась, медленно пробираясь сквозь кусты босиком, одетая только в тонкое платье, в котором проснулась. Я чувствовала, что он наблюдает, его запах наполнял окружающие леса.
— Ты бросил меня умирать, — обвинила я, почувствовав остальных, прежде чем они просеялись, продолжая наблюдать за мной с безопасного расстояния.
— Я оставил тебя там, чтобы ты стала такой. — Он указал на меня, и я ухмыльнулась.
— Да, мне нужно было отказаться от того, кто я? Ты знаешь, какие монстры были там, внизу? Пожиратели душ, шредеры, поглотители плоти, и мои любимые, те, которые проникают к тебе в вагину, чтобы съесть твои яичники, потому что они так привлекательны для них. Там, внизу, были тысячи монстров, и мой милый, любящий, хренов муж бросил меня им, чтобы я могла избавиться от человечности? Поздравляю! Человечность исчезла, но и твоя жена тоже, придурок, — прорычала я, глядя на темнеющее небо.
Я зашипела и выдохнула, наблюдая, как языки пламени прыгнули на окружающие деревья. Воздух в лесу наполнился запахом горящей древесины и сосновых иголок. Я закрыла глаза, когда гром и молния ударили вокруг. Поднялся ветер, и деревья начали вырываться с корнем, пока Райдер, наконец, не вышел из-за одного из них.
— Двадцать хреновых лет, — рыкнула я.
— Три дня, — твёрдо возразил Райдер, осматривая меня.
— Ты уверен, что ровно три дня? Это время я потратила на попытки вскарабкаться по стенам этой пещеры. Три дня ты шептал, как я недостойна быть рядом с тобой. Как ты заменишь мою ничтожную задницу на троне. Знаешь, сначала я сомневалась, что это ты. Затем дни превратились в недели, а недели в месяцы, и прошли годы… Я поняла, ты бросил меня, как они и говорили. О, я пыталась держаться за надежду, но там надежда — чертовски бесполезная штука. Надежда сделала меня слабой, потому что я цеплялась за неё, думая, может, ты поймёшь свою ошибку. Хотя гнев — это нормально. Он был полезен. Благодаря ему я боролась с тенями, пытаясь оставаться на свету как можно дольше.
Я просеялась, приземляясь прямо позади Райдера, проталкивая пальцы сквозь его позвоночник, чтобы обхватить рукой бьющееся сердце. Тошнотворное чавканье плоти заставило монстра внутри меня взреветь, чтобы я забрала сердце, но я не хотела смерти Райдера. Желала лишь, чтобы он знал, каково это — чувствовать боль.