Он думает, что ее присутствие смогло бы помочь решить проблему с Певенш. Девочке больше всего нужен пример для подражания, пример настоящей леди. Изящество — это то, чего не хватает девочке и чего в избытке у актрисы.
Он понимает, что поход в чайхану с вдовой Гримпен был чем-то вроде репетиции. Он восхищался ее немногословностью и спокойствием. Он считал, что она смогла бы справиться с Певенш, воспитать ее немного, возможно, научить некоторым женским штучкам. Если бы та встреча прошла по плану, возможно, он предложил бы Сильвии стать компаньонкой Певенш, повлиять на нее немного.
Господь знает, что своевременная подсказка дороже золота.
Конечно, что-то в Сильвии не понравилось Певенш. Но что? Возможно, девочка была права, думая, что заслуживает большего. Ибо кто скромная швея вдова Гримпен по сравнению с Мимосиной Дольчеццой? И что такое платная компаньонка по сравнению с… Валентин озадачен этой мыслью.
Мимосина Дольчецца. Как же ему нравится произносить это имя.
Он считает ее имя поэмой, повторяя его на разные лады.
Иногда он спрашивает себя: а что, если эта любовь была немного подпорчена определенной долей корысти? И что? Валентин знает сердцем, что все равно хотел бы ее. Действительно, он не заметил в ней ничего от охотницы за богатством, вспомнил, как она отвергла бриллианты. На самом деле сила и чистота ее любви пугают. Он почти желает, чтобы ее любовь была слегка разбавлена неким недостатком, что сделало бы ее безупречность менее пугающей. По правде говоря, ему всегда нравилась некоторая мишурность ее профессии. Она делала Мимосину более доступной.
Валентин Грейтрейкс — обычный человек, привыкший к приносящей удовольствие, но более приземленной любви.
Когда в его дверь постучала большая любовь, он даже не смог ее узнать. Он позволил ей ускользнуть, словно неуклюжий ребенок. Возможно, он даже не заслуживает такой прекрасной женщины, как Мимосина Дольчецца.
Однако его сердце жаждет ее.
Для сна Валентин выбрал не комнату Тома, выходящую окнами в сад, а другое помещение, из которого открывается хороший вид на улицу Кампьелло де ла Пасина. Утром он лежит на кровати, прислушиваясь к шуму нагруженных телег и тачек на мостовой и голосам венецианцев, грубым, громким и ироничным.
Ночью, после просмотра оперы Гольдони, он просыпается от другого звука, менее городского и более приземленного. Встав с кровати, он голышом подходит к окну. В нескольких метрах от него, в квартире на втором этаже, какая-то пара занимается любовью при свечах. Он их прекрасно видит через распахнутое окно, забранное решеткой. Они двигаются нежно, осторожно, но основательно. Валентин стоит и глядит на них до тех пор, пока их движения не начинают замедляться. Наконец они практически замирают, держа друг друга в объятиях, все еще продолжая двигаться в полудреме.
Когда-то нечто подобное происходило у Валентина с Мимосиной.
Валентин пятится от окна и садится на холодную постель. Оттуда он смотрит на ветви садовых деревьев, колыхающиеся на ветру. Сад большой. В нем много кустарников, источающих прелестные ароматы, и несколько кипарисов.
Днем мускусный запах мертвых розовых бутонов щекочет его обоняние. Здесь все пахнет летом. Даже теперь, среди зимы, предрассветные трели птиц ласкают слух. Привычный шум доносится из обветшалого павильона, расположенного в дальнем углу. Смергетто, криво ухмыльнувшись, обозвал его Храмом кошачьей любви.
Бабочки наполняют этот сад даже в холодные месяцы. Они сотнями порхают среди верхушек деревьев. Валентин подумывает наловить их целую комнату. Когда он отыщет Мимосину, он приведет ее туда, чтобы миллион крылышек гладили ее, прежде чем он прикоснется к ней. Он тут же отбрасывает эту мысль. Он здесь, чтобы отомстить за Тома и уладить дела по поводу эликсира. Валентин засыпает с мыслью об эликсире.
Несколько секунд спустя он просыпается от громкого стука. Он мгновенно оказывается на ногах, держа в руке кинжал и готовый броситься в атаку. Стук продолжается, он распахивает дверь и не находит там никого. Все еще плохо соображающий после сна и совершенно голый, он сбегает по лестнице в сад. Стук, кажется, доносится снаружи.
Когда он выбегает в сад, то видит, что земля покрыта блестящими камнями, похожими на бриллианты, которыми он осыпал Мимосину.
Валентин машет кинжалом, но не поражает никого, кроме маленьких камешков, сыплющихся сверху.
Кто-то атакует его с помощью этих маленьких снарядов. Они приземляются на его покрытые гусиной кожей руки и шею, где тут же начинают таять.