День за днем, новый клиент за новым держат в напряжении. Уже не рада тому рейтингу, что взлетел выше неприличного. А статья «Мама одиночка – это приговор?», где предложены все минусы и плюсы, дают советы, приведена статистика, порвала топы богатых и знаменитых.
- Я ... Я не уверена, что хочу сейчас с кем то знакомиться. Скажи у меня проблемы. Перенеси встречу на другой день. Точно, давай на завтра. Обещаю, я буду в форме боевой.
Она продолжает сидеть, вальяжно бросив руку на подлокотник, ничего не говоря, чувствую злиться, приоткрытый рот говорит о скрежете зубов. Хватаю маленькую подушку, подношу к лицу, пряча себя, избегая ее острого взгляда.
- Это все из-за мужчины? – Спокойно спрашивает.
Даю доступ изображению только глазам, смотрю на ее лицо, на котором читается жалость, а это не те эмоции, которые можно увидеть на лице Виктории Айс. Снежная королева оправдала свою фамилию, но я не знаю чтобы делала без нее.
- Ты любишь его до сих пор, - заявляет прямо, - подыхаешь, уничтожаешь все хорошее вокруг себя. – Отводит взгляд, уставившись вдаль за горизонт стеклянных стен гостиной, за бесконечный неживой столичный лес, и это что-то новое для меня, от этого моя челюсть отвисает. – Возьми себя в руки, тряпка. Мужики любят сильных женщин. Таких, кем стала Я.
Эти слова отдаются невыносимой острой болью в сердце. Уловила ее боль во взгляде.
Медленно опускаю свой защитный щит, спускаю ноги с дивана. Не говорю с ней о Демьяне. Даже стараюсь не думать о нем. Я не могу. Не должна, если хочу сохранить трезвость мысли.
- Мне нужно переодеться. Езжай, Виктория. Я приеду за тобой. - Голова начинает снова болеть, и приходиться выпить таблетку.
- Возможно, тебе снова необходимо обратиться к врачу.
- Мне ... лучше, на самом деле. Спасибо, Вик. - Медленно направляюсь к выходу, где Виктория уже открыла дверь. - Я ценю тебя, твою преданность работе, но не забывай что мы слабый пол, и нам иногда надо выплакаться вдоволь. Тебе это тоже пойдет на пользу.
Обняв ее, спешу отправить на работу, а сама ползу в гардеробную, но там все валиться из рук. Меня трясет, уже пожалела о своем согласии. Ладно, одной ногой смотаюсь и вернусь.
Поездка до офиса издательства длиться не более двадцати минут. Время предобеденное, что положительно влияет на количество пробок на дороге. Брат сразу посоветовал квартиру в этом районе, а жилой комплекс, состоящий из трех высотных домов, внушал надежность, но услышав цену - ужаснулась, наотрез отказалась. Вначале мне все казалось дикостью.
Нищий человек, получив такое наследство, не будет знать, что с ним сотворить, а без опытных людей, которым можно доверять все спустит за год. Мысли разбегались, душа не верила, а сердце рыдало от тоски. В тот момент меня поддержали близкие люди. Еще не семья, но я старалась их полюбить. Алексей Павлович оказался внимательным отцом, но первое время не доверял. Димка без слов, отличный парень, но его маниакальная опека портила идеальную картину «брат – сестра, любовь-доверие». Сейчас я даже вижу наше сходство. Такая же была с Кариной.
После месяца проведенного в больнице, Дима предложил переехать к отцу, так как тот давно потерял надежду найти дочь. А тут такой подарок. Теперь же меня балуют как школьницу, а мне это не по душе.
Как сейчас помню наш переезд. Было легко покидать родной город, тем более что в нем ни осталось мне места. И Димки было на руку вернуть меня отцу, и отвязаться от семейного бизнеса. Я не виню его, на его месте поступила бы так же. Нет хуже места, чем не любимая работа. Я все силы бросила доказать, что это не мое. Управлять таким издательством не должен дизайнер по рекламе. Настойчивые умы обучили, натаскали, вдохновили.
- Девочка моя, ты создана для этого места. Твой талант и шестое чувство, вдобавок к этому дизайнерское мастерство, сделают тебя лучшей своего дела. Поверь, я узнал о твоей жизни все, и рад, что моя кровь и гены направили по верному пути, и ты вернулись в семью готовая покорять вершины. А все те неожиданные повороты судьбы считай проверкой на выносливость, и ты ее прошла с достоинством. Я горжусь тобой, моя доченька. И моя Аленка, твоя мама тоже. – Эта речь моего отца на всю жизнь отпечаталась в подсознании.