После обеда, когда Демьян ушел к себе поработать, в моей квартире стало сразу пусто. Не хватает его уже. Эта зависимость пугает. К вечеру Ваня предлагает сходить за его вещами, и радость повода увидеться с любимым окрыляет.
Поднимаемся на этаж, стучим в дверь. Странно, то не закрывал, а сейчас что случилось?
Дверь открывается, мы с Ванечкой замираем от узнавания кто на пороге.
- Ты!? – Удивляюсь, увидев Карину. Она не просто в доме моего мужчины, к тому же в том одеяние, в котором я была ночью – штаны, футболка с Астафьевского плеча сейчас на ней.
- Нет! – Выдыхает шепотом Иван. – Нет… - Кричит, толкает, когда она пытается его схватить за руку.
- Ты что тут делаешь? – Обомлевши мямлю я.
- Мы с Демой помирились. Теперь очередь за сыном. Да, Ваня? Давай дружить? – Накланяется к мальчику, протягивает руки, а он прячется за мою спину, крепко стискивает в кольцо маленьких рук.
- Не отдавай меня ей. Пожалуйста… Не отдавай. – Шепчет, почти рыча диким маленьким зверьком.
29 глава Вера
«Вера, позволь мне помирится с сыном. Это мой последний шанс. А как же желание ребенка?» – Звучит в голове голос совести. Но перечить сестре не могу в угоду мальчику, и не могу забрать последнюю надежду умирающего. Не слушая протесты Ивана, соглашаюсь примирить мать с родным ребенком, а на душе тревога. Не понимаю почему. Скорее всего, из-за ревности к самым любимым мужчинам, но не имею права ни на одного из них.
Мой мальчик, не слушая родную мать, бросает на меня последний обвиняющий взгляд, отталкивает гневно, а потом убегает к себе в комнату. Мне не понятна его реакция, она меня пугает и дезориентирует. Он мог бы хотя бы выслушать, а не строить капризного ребенка.
Застываем как две статуи. Изучаю ее вид, пытаюсь понять правдивость ее слов по отношению их примирения. Слишком самодовольный взгляд, уверенность и красота блондинки с голубыми глазами делают свое дело. Я сдаюсь. Мне требуется доказательства. Карина это понимает, лишь одарив снисходительной улыбкой.
Несмотря на учащенное дыхание и обжигающий мороз по коже, тело, вдруг покрывается испариной. Сглотнув ком, заставляю себя заговорить:
- А где Астафьев? – Осматриваю огромную территорию гостиной. Становиться не по себе, представляя, чем они тут занимались. Буквально сутки назад спаслись из плена, были счастливы в объятиях друг друга, он клялся в верности только мне. Что происходит сейчас? Зачем он так со мной? Моим закипающим мозгам не найти ответы на все эти уничтожающие меня вопросы.
- У него важный разговор по телефону. Наверное, надолго, так как был он очень недоволен. – Щебечет, словно заботливая женушка, чем вводит меня в ступор.
- Где Демьян? – Настаиваю, так как понимаю абсурдность ситуации. Не может он мне так жестоко врать. Или может? Может это его месть за тот спектакль устроенный его братом? Я не могу остаться без ответов.
Склонив голову на бок, Кари осмотрела меня с головы до пят.
- Он в кабинете, но думаю тебе тут не место. Ты понимаешь, что рушишь мою жизнь? Вера, мне осталось совсем не долго. Мне нужен этот шанс, быть рядом с любимым мужчиной, и замолить прощение перед сыном.
Где-то в сознании всплыл разговор на их старенькой кухне о том, как счастливы они были вместе, но одна ошибка разбила сердца влюбленной парочке. Когда имеем, не храним, а потерявши плачем – сестра прячется за народной мудростью, и слезой на щеке. Продолжает уничтожать меня их разговором по душам, как давно поняла, какую цену заплатила за глупости бурной юности.
Извивающийся болезненный ком заполнил живот, когда поняла искренность сестры. Астафьев заставил меня поверить, будто у нас есть шанс, в действительности же его не было. Он отлично сыграл свою роль. Убедительно произнес слова о любви. Но что продолжало держать меня на месте так это то, что не могла понять, почему Полина была единственной любовью Демьяна, и где эти две девушки пересеклись. Ответ приняла очередным ударом в живот.
- А как же Полина?
- Она была заменой мне. Он с ума сходил по мне, а я перегнула палку, заигралась. Поздно поняла, как он решил мне отомстить, связавшись с этой шлюхой. Теперь он будет со мной хоть и из-за жалости, но этого мне достаточно. Я буду любить за двоих. Сестренка не мешай. Умоляю.
Вы понимаете, соперничать с самой большой любовью его жизни – с женщиной, которую он любил так, что подарил ей сына – бессмысленно, безнадежно, предопределено.
Молча прошла по коридору, ощущая прожигающий взгляд Карины, коснувшись ладонью двери его кабинета, она оказалось приоткрытой, жадно нашла взглядом Демьяна, стала наблюдать, как самый красивый, сильный и нежный мужчина расхаживает из одного конца комнаты в другую, раздавая приказы налево, направо. Сейчас он напоминал ягуара, такого же хищного внутри и обманчиво ласкового снаружи. Окончательно поставило точку в моей уверенности нам не быть вместе, то, что он был одет лишь в спортивные штаны. Голый торс идеального самца сковал горло воспоминаниями о нашей ночи, и жгучие неподдающиеся контролю слезы обожгли щеки, оставляя выжженные дорожки разочарования.