Астафьев Демьян дьявол воплоти, в тоже время змей-искуситель, соблазнитель. Сатана с самыми чертовски красивыми глазами, идеальными чертами лица и вкуснейшими губами, которые когда-либо пробовала в своей жизни, находится, прямо, напротив, в том же месте что и я. Откуда он тут взялся?
Когда его глаза встретились с моими, схлестнулись в яростной битве на выживание, уловила, что он видит меня насквозь. Под ехидным и пожирающим взглядом теряла одежду, с каждой пульсирующей секундой стрелкой с меня слетала очередная вещь. С каждым мгновением становлюсь беспомощной, и румянец, так не вовремя заливший щеки, тут же дал о себе знать.
Единственное, о чём я могу думать, так это о нашей последней встрече с ним: о его тёплом дыхании на моей шее, которое заставляло дрожать от желания, чтобы он был внутри меня, о том, как он кусал мою губу, смешивая удовольствие и боль. Когда рукой довел до финала, засмущалась как невинная девица, тем самым, вызвав у него полный восторга взгляд. В отличие от Астафьева я была полным нулём в таких отношениях. На самом деле я жила со статусом – нет отношениям на одну ночь, но с появлением брата Богдана усомнилась в своих принципах.
- Какие люди! Венера, скажи мне, что ты не преследуешь меня? – Ехидно улыбается паразит, а потом манит указательным пальцем.
Наполняюсь возмущением такой наглости. Молодец парень, умеешь выбить из колеи, но не на ту нарвался. Усмехнувшись, пытаюсь выглядеть намного смелее, чем есть на самом деле в реальной действительности. Вытягиваю руку вперед, жест средним пальцем, и вдогонку кидаю:
- Вот еще, самовлюбленный Людовик 14. Кому ты нужен, идиот!
Уловив меняющееся настроение мужчины и желание придушить меня, быстрым шагом направляюсь в сторону уборных. В течении пятнадцати минут прячусь за дверью кабинки. Звоню баб Вере с предупреждением о скорейшем возвращении, а услышав в ответ - какой Ванька молодец в освоении букваря, немного успокоилась. Остудив щеки холодной водой, и приведя нервы в порядок, смотрю на свое отражение в зеркале на стене.
Ты сможешь спокойно выйти, попрощаться с друзьями и не смотреть в его сторону. Мысленно послать: «Да, Пошел ты!» Что он сможет сделать? На него не похоже, что отправит в полицию, или выгонит с рабочего места. Надеюсь, Богдан не позволит, а даже если и уволят - переживу. Или нет? Перед взором появляются пылающие страстью глаза, снова мысли возвращаются к Астафьеву старшему. Какой же он желанный. Мамочки, почему все время думаю о нем? Наверное, потому что он так смотрел, целовал, желал. Никто. Абсолютно никто не вызывал таких чувств во мне. Гоню пинками прочь безумные фантазии.
Перед зеркалом практикую улыбку, которой буду одаривать друзей, и, несмотря на поднимающийся страх в животе, уговариваю сама себя, но и выйти отсюда страшновато, настраиваю лицо на решительное выражение, мне нужно показать этому засранцу – не боюсь его.
Резко открываю дверь, не заботясь о людях, которые могут быть за ней, и первое, кого вижу – Демьян, который небрежно прислонился к стене, в коридоре, сложив руки на груди в знак решительных разборок.
Не хочу очередного выяснения отношений, где опять обвинит меня в корысти. В конце концов - знаю свою правоту. Уже настроилась проигнорировать его и пройти мимо, если бы он не прижал меня к холодной поверхности, задерживая. Стараюсь смотреть яростно, бросая вызов, но все отправляется псу под хвост.
Его тревожный взгляд, сканирует мое лицо, и мне нравиться ощущать волны заботы от парня.
- С тобой все в порядке?
В такой близости его кожа смуглая, наполненная солнечным светом, могу представить, где только он не загорал, а голос, словно чистый бархат. Упираюсь руками в грудную клетку, пытаюсь оттолкнуть, инстинкт самосохранения кричит дать коленом в пах и бежать, но от него так и исходит безграничная животная сила. Она притягивает и ей трудно сопротивляться.
Демьян замирает у моего уха. Делает глубокий вдох, вкушает аромат, а я чувствую волну мужской дрожи, пронзившую кончики пальцев сильных рук. Все мои воспоминания о греховно сексуальных губах, прекрасно помню их вкус, их страсть.
- Непорядочная маленькая Вера, - шепчет он, и его горячее дыхание дотрагивается до моей кожи. Он запускает руку под воротник моей блузки, ласкает шею.
По моей коже начинают бегать ядерные частицы дрожи, подогревая адреналин в крови. Он наблюдает, как его собственные пальцы, вытаскивают пуговицу из петельки, потом другую, разводит в стороны материал так, что открывается мое горло, и немного грудь в простеньком бюстгальтере, заставляя засмущаться, опускает полный желания взгляд в ложбинку, потом возвращается к моим глазам. Неглубокий и быстрый выдох неосознанно слетает с моих губ. Самодур собственнически улыбается, прекрасно понимая, какой эффект оказывает на меня.