- Ха, ха, ха, тогда готовься на срок в вечность. – С трудом самостоятельно взбираюсь на пассажирское сиденье. – Так быстро меняющиеся планы могут сыграть злую шутку.
- Вечность срок не определенный, его можно сократить, в терпении мне нет равных. – Ухмылка так и не сходит с его губ. – И, очень люблю пошутить.
Вздрагиваю, когда он тянется пристегнуть ремень безопасности, затаив дыхание, наблюдаю слишком близко его лицо к моему. Тепло от его тела не просто согревает, оно воспламеняет. Замираем одновременно. Губы Демьяна бессовестно манят, заставляя порхать бабочек в животе.
- Помни, я жду твоего приглашения. – Шепчет возле рта, опаляя дыханием кожу на губах, превращая их в пересохшую пустыню. Неосознанно облизываю, увлажняю и закусываю нижнюю. Прекращаю дышать, когда он шумно вдыхает и тихо рыкнув, отстраняется.
Некоторое время едим молча. Потом он спрашивает адрес, и я не задумавшись говорю название улицы, где находиться садик Ивана. Он расположен в квартале от дома.
Подъехав за каких-то двадцать минут, завидую белой завистью личному транспортному средству. Астафьев продолжает молча изучать меня, а мне нечего сказать. Только собралась выйти, слышу удивленный и обескураженный голос:
- Что это? У тебя ребенок есть?
- Нет. – Солгала, но это же правда. Ваня мне родной племянник.
- А в сад зачем тебе? – Наблюдаю, как сдвигаются идеально ровные брови на переносицу, и мелькнуло недоверие к моему ответу.
- Я там подрабатываю вечерами, уборщицей. – Ляпаю первое, что пришло в голову, так как затянутая пауза в раздумьях усомнило бы мою правду.
- Понятно. Я что тебе мало плачу?
- Достаточно, но в саду попросили не бросать их.
Выхожу на дрожащих ногах, а напряжение натягивает спину струной. Жду, пока его машина не скрылась за углом, только потом расслабляюсь, и медленно ползу к центральным воротам.
Обалдеть, какой заряд бодрости получила только от его присутствия, а от вопросов закружилась голова. И, что мне теперь делать?
8-1 глава Вера
Неспешной походкой, идя по улице, обгоняемая пешеходами, которые постоянно куда-то спешат, я чувствую себя потерянной как никогда раньше в жизни. Сжимая маленькую ладошку Ваньки в руке, должна была быть счастлива, но не могу понять тревожные пульсации боли в душе. Мой телефон вибрировал в кармане несколько раз, а я не осмелилась ответить. Особенно, когда проверила экран и увидела, что звонил Богдан. Я не смогла бы говорить с ним, не разрыдавшись. А последнее, что ему нужно - волноваться обо мне. Апокалипсис на лестнице уничтожает все органы внутри меня, делая совсем слабой.
После инцидента в квартире деспота, братья сильно поругались, и чувство вины все больше берет верх надо мной. Не желаю превратиться в яблоко раздора между такими важными друг другу родственниками. Но последние события все больше создают проблем.
Стаф рассказал, каким тяжелым получился разговор, и теперь он еще больше настроен на наша брак. Высказав при этом абсурдное предположение - мой брат в тебя втюрился, и я не позволю ему тебя уничтожит. Поверь, он это сделает лишь потому, что ненавидит это чувство, и будет мстить всем, кто заставляет его эмоции не подчиняться разуму. А я кричу во все горло о нелепости задумки. Последним аргументом были его родители, но он даже не стал слушать.
Отправив звонок на голосовую почту, решила позже написать коротенькое сообщение, сказав, что забирала из сада малыша и не слышала настойчивых домогательств на мою мобилу. Ответ пришел не сразу, но заставил в такую холодную погоду немного согреть душу. «Ты моя девочка! Мы с тобой отличная команда, и Демьяну нас не победить. Помни это! Целую, обнимаю, хотя желаю это ощущать».
В животе затрепыхались бабочки, и досада от одиночества опять отправило настроение в грязные заснеженные лужи под ногами. Видеть в глазах Богдана желание любить и дарить любовь важному человеку, рвало нутро на части, царапало по сердцу, и с каждым днем все холодней по моим венам блуждала кровь. Я очень хотела быть любимой и бескорыстно любить в ответ. Дав мысленно по лбу себе за такую слабость, напомнила кто в моей жизни самый главный.
Чтоб окончательно не впасть в депрессию, решила с Ванькой порезвиться на площадке. В толпе детишек мы проводим практически целый час, и когда наши желудки запротестовали голодной истерикой, отправились домой.