- Наверное, ты думаешь, что Богдан отлично подходит на роль отца для твоего ребенка. Этакий добренький папочка. Но сообщить всем ты не решилась. Так ведь? И вы вдвоем сделали все, чтобы никто из наших родных не догадался, что у тебя есть маленькая тайна.
- Я не знаю, к чему ты клонишь… – Милонская сжала края воротника моего пальто в кулаки. - Что изменилось бы, знай вы все о Ване! По-моему, нет никакой разницы если твой брат не против! Они любят друг друга. И мне все равно на твои угрозы. Я не выйду за Богдана.
– Еще какая разница, черт побери! – Зарычал, стряхивая ее руки с себя, и припечатывая ее к стенке. – Я думал, что ошибаюсь в тебе, что, возможно, ты выходишь за брата не из-за денег. Меня мучили сомненья, но теперь все встало на свои места! Я оказался прав, верно? Сколько ты хочешь денег?
- Иди в жопу со своими деньгами! Знай, не все в этом мире покупается.
- Разве тебе хватает денег, чтобы содержать еще и сына? У меня нет детей, но я знаю, что они обходятся недешево. Так вот почему ты решила обзавестись богатым мужем? И тут, как нельзя, кстати, подвернулся мой брат. Добренький доверчивый Богдан. Его не остановило то, что у тебя есть ребенок. Ты придумала для него какую-нибудь душещипательную историю, чтобы ему стало жаль тебя? Правда, Венера?
- Не смей меня так называть! Дан отнюдь не доверчивый, он тщательно все планирует, прежде чем сделать что-то. Теперь я назло тебе выйду замуж за Богдана!
- Кто отец ребенка? Он не решился жениться на такой корыстной особе? Или тот мерзавец, что избил тебя? – С притворным хамством в голосе ору, не обращая на заявление. Этому не бывать. Свадьбы не будет. Сам лично выкраду и спрячу в какой-нибудь деревне. Но голод по прикосновениям к ней все больше одолевает тело, вид синяков на ее коже сжимает челюсти до скрежета, а руки тянутся приласкать, и чтобы не сорваться окончательно, не испугать, ей достаточно досталось от какой-то твари, замолкаю.
- Хватит! – закричала в ответ. – Как ты смеешь врываться в мой дом и повышать на меня голос! Мне надоели твои нападки! Даже не думай, что сможешь запугать!
Она толкнула дрожащими руками так яростно, обошла меня, открыла дверь, и выкинула взашей, как ненужного кота, хлопнув ее перед носом.
Теперь понимаю, почему Богдан втюрился в эту особу, я сам готов предложить ей счастливую семейную жизнь, и от этого хочется уйти в монастырь, желательно женский. Но что-то не дает покою, нет сил, бороться с собой. Две мысли обглодали ребра – Она и правда такая идеальная, или отлично претворяется, заслуживая Оскара, пытаясь захомутать брата и посадить на его шею своего отпрыска. И я все больше склоняюсь ко второй мысли. Не верю, что в наш век огромных соблазнов кто-то может бескорыстно полюбить. Раздраженный своими вспыхнувшими чувствами к этой девушке, решил снять напряжение в гостинице, отправив смс секретарю - Скоро буду.
Мне срочно нужно отвлечься, и лучшим снотворным на ночь будет Диана, давно заждавшаяся в ресторане.
Признаюсь честно, таким грязным я себя еще не ощущал. Через мою постель прошло достаточно много женщин, чтоб так чувствовать спустя получасового перепихона. А самое главное во всей этой ситуации – чувство подлого изменщика любимой женщине, не оставляет до сих пор.
Мысли о возвращении ее соседа, и очередном домогательстве, заставляют непроизвольно сжать пальцы в кулаки. И что теперь мне делать? Рассказать Богдану? Это совершенно глупое решение. Он тут же кинется ее лечить, защищать, что еще больше сблизит их. Я сам жадно желаю уберечь Венеру, что сводит в судорогах тело. Нет, этому не бывать. Прости брат, переживешь еще одну потерю. Уверен, она не любит тебя, и докажу - женив на себе.
С этими мыслями засыпаю сидя на диване.
Образы главы 9-1
10 глава Вера
Вера
Закрывая дверь за старшим Астафьевым, теперь уже прямым моим начальником, можно было подумать, что я уничтожаю вход в преисподнюю не только взглядом. Сидя на корточках, опираясь спиной о деревянное полотно, позволяю тишине и уюту окутать меня. Вдоволь насладившись покоем, начинаю подмерзать от холодного пола. Быть такого не может. В квартире давно отопление дали, и мороз нам уже не страшен, так как долги погашены. Понимание сдавливает грудную клетку - «Отчаяние» холодным айсбергом врезалось в мое тело острыми осколками льдинок, пока Ванька не напомнил, как важно не падать духом.