Открываю дверь с намерением болвану стукнуть по голове:
- Ты что не понял? Твою мать! Богдан, вначале успокой свои гормоны, а потом поговорим.
Но на пороге вовсе не бывший лучший друг. Этот мужчина вскружит голову одной ухмылкой. Его ямочки на щеках сделают влажными трусики любой дамы в любом возрасте. И эта беда погубит меня окончательно.
Внезапно осознаю, насколько он красив. Демьян во всей своей срывающей нижнее белье харизме с волнением смотрит пристально в глаза. Эта мысль не нова для меня, но я все же удивляюсь ей. Я словно вижу его впервые, влюбляюсь еще сильней, и жажду от него взаимности.
- Мне нравится такой взгляд, - бормочет он, подходя ближе, снимает кожаную перчатку рукой, в которой бумажный пакет, довольно больших размеров. Проводит большим пальцем по моему подбородку, затем касается нижней губы приоткрытого рта от удивления.
Сглатываю ком. Во рту сухо. А я как параноик слежу за его манипуляциями замедленной пленки киноленты.
- Какой взгляд? - Шепчу, от волнения позабылись все слова. Прав Богдан, мне уже не справиться со своими чувствами, и только остается бежать из этого города подальше.
- Вот этот. Тот, который говорит, что ты мне безумно рада. Не только здесь. - Он жестом очерчивает воздух вокруг меня. Затем прикасается к моей груди напротив сердца, его ладонь сквозь трикотаж футболки ощущается теплой, даже горячей, и место сопрокосновения инопланетного существа покалывает от искр. - Но и здесь. Как будто ты ждала моего прихода, и тебе нужна моя помощь. Мне очень нравиться такая реакция на меня. Я принес фрукты и продукты для скорейшего выздоровления моей больной Венере. Ты нужна мне…
Он убирает руку и сжимает мое лицо, большим пальцем нежно проводя по губе. Не в силах устоять на ногах, облокачиваюсь о косяк двери и ощущаю прохладный воздух, скользящий по затылку, поднимающий каждый волосок на теле. Но услышать голос Ваньки, который почти плачет, сносит атомной волной всю атмосферу возбуждения.
- Мне жаль, но мой Ванька заболел, и нет времени на тебя, - говорю, а мои слова приглушенные, нуждающиеся в нем. Борюсь с собой и своими чувствами. Практически закрыла дверь перед его носом, а он среагировал молниеносно, не дал ее закрыть своим дорогим ботинком.
Демьян медленно качает головой. Не ждет моего приглашения. Заходит властно. Раздевается.
- Так не пойдет. Что с малышом? Может надо в больницу отвезти?
- Не знаю. У него заболел живот. Я думаю отравление. Дала таблетку, но она не помогла.
Когда мы заходим с ним в комнату Ивана, его внешний вид не утешителен. Бледное личико, изнеможённые глаза, щеки покрытые слезами кричат мне о трагедии. Ваня держится за живот и стонет от болей, лишь мимолетная улыбка вошедшему вслед за мной мужчине.
В этот момент я не замечаю вокруг ни чего, судорожно соображая, что делать, метаюсь по комнатам в поисках мобилы, а за моей спиной уже все порешали. Демьян по сотовому договорился о нашем визите в частную клинику его друга.
11 глава Демьян
Хлоп, хлоп, хлоп.
Звучат в голове звуки выстрелов из огнестрелки с глушителем, а в груди извержение вулкана, такая боль от одного взгляда на ситуацию – рыдающая, истерящая Вера и бледно больной мальчишка. Твою мать! Только этого мне не хватало. Теперь однозначно нет шанса на спасение. Как мог угодить в свою же ловушку?! Когда упустил момент наглого вторжения в мою орбиту несносной планеты? Наверно на эти вопросы уже не найду ответ. Мне кажется, что она до нашей встречи уже была невидимой тату на коже.
Черт возьми! Какая сила меня сюда притащила. Только вчера убедил себя послать всю задумку с разоблачением, преподать урок брату. Пусть насладиться семейной жизнью рогоносца, осла потерявшего кучу денег. Мне надоело вечно в няньках у него ходить. Те чувства, что испытываю, только приближаясь к невесте Богдана, на корню решил выжигать. И со всей ответственностью заявляю, что это чертовски большое заблуждение.
Позвонить Воронцовой оказалось еще одной огромной ошибкой. Затащить ее в постель еще большим разочарованием. Удовлетвориться пришлось в душе, а девушку, жаждущую захомутать меня, отправить на все четыре. И этот режим стирки, который смывал с моей души грязь - нравился все больше и больше.
Рабочий день почти до четырех зудящим в одном месте шилом, зубной болью, одиночеством заставляет ехать к ней. Эти несколько часов работы больше навредили, чем пользы принесли. Чтобы больше ни на ком не сорваться решил навестить пострадавшую. Уверен, у нее в холодильнике полнейший беспредел в плане присутствия полезных витаминов.