- Покажи мне, как сильно ты меня хочешь. - Не колеблясь, по команде, видя, как ее пальчики отодвигают краешек кружева между ног. Схватив свое возбуждение крепко в руке, начала поглаживать себя в такт ее пальцам. Она издала низкое, рваное дыхание, от которого слетел с катушек. Когда моя девочка стала такой раскованной? Все мое тело в восторге от этих перемен. Сама невинность на лице, а в постели дьяволица – не это ли мечта любого самца!?
- Ты так прекрасна, моя Венера! - Оттолкнул ее руку, накрываю своим телом, припадаю к груди, особое внимание, уделяя соскам.
- О, Боже! Мамочки, я не выдержу долго этой пытки. - Застонала, когда я медленно проложил дорожку поцелуй до ее шеи, прикусывая бороду, одновременно вводя в нее свои два пальца. Она много раз кончала прямо на них, но сейчас мне надо другое.
- Не останавливай! Пожалуйста, Демьян. Я люблю тебя! - Ну, и как тут можно отказать на такие просьбы. Вхожу в нее медленно, а она просит побыстрее. Мне пришлось закрыть глаза на мгновение, чтобы не прийти к финалу первым. Сцепил в замок наши пальцы над ее головой, удерживая себя навесу. Ее мышцы сжались вокруг меня, так что на минуту прекратил дышать, а умоляющий взгляд - закончить то, что начал, покрыть рот засухой. Верины бедра воспротивились и попытались прижаться плотнее, окунуться глубже, отчаянно пытаясь взять под свой контроль толчки. Нет, моя девочка! В этих играх я главный, потому что знаю, как тебе это нравиться.
- Тебе хорошо со мной, малышка моя? - Толкнулся немного глубже, и она всхлипнула, а бедра поднялись с матраса. – Этого достаточно? - Сжал оба ее запястья одной рукой и провел подушечки моих пальцев дорожку до ее шеи.
- Дёма! Умоляю, пожалуйста! Этого не достаточно. Мне нужен весь ты! - Она попыталась бороться против моего захвата, и это только сделало меня еще тверже. Вера закрыла глаза не желая показывать слез. Знаю, что на грани, но наслаждаюсь, как она теряет все свои запреты. Прижался к ее щеке, вдыхая аромат похоти и секса.
- Посмотри на меня, - Шепчу ей на ухо. Она распахивает ресницы, слезы скатываются из уголка глаз, и этого достаточно для потерянного в ней меня.
- Я хочу, чтобы каждую минуту нашей жизни ты была моей, Вера! - Сжал хватку на ее запястья, когда снова толкнул в нее.
- Я твой, Демьян! Даже фамилию не успела поменять. – Продолжая плакать от счастья.
Она всегда будет моей. Мое владение, моя любовь, мое все. Весь мир положу к ее ногам. От этих мыслей темп все яростней, и на отчаянном стоне мы одновременно достигаем вершины блаженства.
///
Моя Венера так взволнована тем, что мы плывем вместе в наш медовый месяц. С нетерпением ерзает на нашем лежаке рядом со мной на палубе возле бассейна.
Она тут, моя драгоценная девочка. Рядом со мной. Мне большего не надо. Она абсолютное совершенство в своём купальнике, коричневого цвета, который напоминает о нашем поцелуе на пляже, когда спас ей жизнь. Уже тогда мы принадлежали друг другу.
Коричневый сейчас один из моих любимых цветов. Это цвет, который темнеет в её глазах, когда она о чем-то беспокоится. У неё волшебные глаза. Они могут меняться от черного до темной зелени болот. Все зависит от настроения, или от цвета одежды, которая на ней надета в тот день. Когда она только просыпается, её глаза напоминают мне горячий шоколад, который хочется попробовать. Когда она расслаблена, они приобретают более голубой оттенок.
- Я люблю тебя, Вера. – Голос звучит так, что в это поверил бы самый пессимистичный человек на земле.
- Ты думала о том, что хочешь сделать, пока мы будем отдыхать? - Поворачиваюсь к ней и смотрю, как её глаза расширились от волнения.
- Я хочу только быть с тобою рядом. - Она двигает своими бровями вверх и вниз.
- Я предоставляю все наши позы, стоны, в которых ты нуждаешься, - ухмыляюсь, тянусь к ней, и прохожусь губами вверх по её нежной коже на шее, чуть ниже её уха.
- Ты вдоволь накричалась меньше трех часов назад. - Нежно кусаю мочку её уха и пытаюсь держать эрекцию в безвыходном положении. Мысли о том, чем занимались ранее, делает меня готовым немедленно взяться за дело снова, со мной всегда так рядом с этой девушкой. Притяжение между нами всегда зашкаливало. Как, черт возьми, я отрицал это так долго, как у меня это получалось?
- Могу ли я что-нибудь вам предложить? - официантка появляется рядом с нами. Она сверкает мне застенчивой улыбкой, а я ухмыляюсь. Она думает, что сможет увести меня у самой совершенной женщины в мире?