Она моя, легко впустил в свое пространство, и не готов лишиться кислорода. Раньше всегда был только я, но сейчас мне это уже не нужно. Хочу обратно свою жену, сына и еще несколько детей. А главное хочу дарить любовь и делать их счастливыми.
Увидеть ее возле огромного белого джипа друга оказалось явлением, называемым в народе «Парад планет» Ждешь долго, и лишь на миг любуешься красотой. Окружающее перестают существовать, и во вселенной ни кто не нужен, кроме девушки напротив. Она все так же проста и совершенна в своей невинности и наивности, а нежное платье прибавляет красоты. Нет, не одежда делает ее прекрасной, а наоборот.
От моего пристального взгляда вздрогнула, и обняла себя, защищаясь от моего захвата. Видно ее брат славно потрудился, заморочив голову.
- Оставь меня в покое. Ты мне не нужен. Я поняла свою ошибку, - переводит дыхание, - нам не по пути. Всегда было не по пути. Спасибо, что спас тогда на пляже, спасибо, что открыл глаза на мир. Спасибо за бесценный дар. – Заготовленная речь, как приговор к расстрелу.
Больше не смотрела в мою сторону, не говоря о том, чтобы встретиться со мной взглядом. Вера ни когда не отводила глаз, и этот знак еще одним ударом дает под дых.
- Вера, Я люблю тебя! Нам же было хорошо вместе. Я обещаю, будет так же. Теперь все будет по-другому. – Готов встать на колени. - Понял свои ошибки. Прости. Вернись ко мне. Я не могу дышать без тебя.
Такие до боли любимые глаза цвета горячего шоколада, постоянно смотревшие на меня с нежностью и боготворением, в один миг стали холодными глубинами бездны, где погибают не только дайверы. У меня от ее ледяных искр из глаз замирает сердце.
- Сынок! Мальчик мой! Умоляю, отдай оружие. – Вздрагиваю и цепенею от слов отца. Поворачиваюсь к нему, а в этот момент дверь авто хлопает, и моя девочка сбегает от меня. Пока смотрю на удаляющую машину, медленно сползаю на асфальт, стукаясь коленями, но боли нет, не чувствую ни чего. Когда успел превратиться в такую размазню?!
Тринадцать недель спустя…
- ЭТО МОЯ ГРЕБАННАЯ КОМПАНИЯ, и я быстро прекращу оказывать вам услуги, и вы даже не узнаете, что нанесет вам урон.
Я отшвыриваю телефон и хватаю бутылку виски из бара. Вот, только этого дерьма мне сейчас не хватало. Всю эту неделю можно охарактеризовать одним словом - п**дец. Одна проблема за другой. Если еще кто-нибудь будет угрожать мне, то я подниму на уши весь ад.
- Господин Сосоновский, простите его, пожалуйста. Давайте перенесем нашу встречу. – Успокаивает на том конце провода Богдан засранца, который, видите ли, не хочет со мной иметь дел. С шумихой о моем разводе, дела пошли еще хуже. Подлые журналюги пронюхали.
- Ты вообще в себе? - Кричит на меня брат. - Или ты не дотрахался? Потому что я, на хрен, устрою тебе персональный ад.
Кипя от досады, я делаю глоток, и швыряю бутылку в стену. Опять возвращаюсь на тринадцать недель назад. Чертова дюжина тихими ночами сводит меня с ума.
- А то ты не знаешь. Я не могу ни на кого взлезть. Все бесят. Сучки продажные. И все из-за тебя. Ты знаешь, кто мне нужен. – Ору на брата.
- Демьян, уже столько времени прошло. Пора прийти в себя. Я столько раз вымаливал прощение. Когда простишь?
- Можешь не стараться. Не прощу. – Опять ору, швыряя все по кабинету. Монитор дребезги разлетается осколками на полу, как тогда у ног Венеры.
Вздыхая, он присаживается на мое кресло и смотрит на меня.
- Даже, когда у тебя были ужасные дни, ты никогда не терял контроль. Ты известен в деловом мире, как человек, контролирующий всех и вся. Честно говоря, сейчас у тебя явно есть с этим проблемы. Ты должен притормозить и сделать перерыв в работе. Езжай в отпуск. Могу взять на себя работу на это время. Не хочу видеть, как ты превращаешь все в руины. Родители это не заслужили. Мама очень переживает за тебя.
- Хренов психиатр. Я никогда не теряю контроль. Я – чертовски крутой человек контроля. Пошел вон.
-Нет, тогда придется силой, - качает обреченно головой. - Это ты понимаешь? Ты теряешь контроль, и тебе нужен специалист, иначе твой разум даст сбой.
- Ты хочешь сказать что я ненормальный? – Рычу. – Пошел, нахрен, вон из моего кабинета.
Не сказав больше ничего, брат уходит, а я начинаю просматривать некоторые записи и отчеты как ни в чем не бывало. Знаю, что теряю контроль, но не желаю открыто это признавать. Все то, над чем так долго работал, ускользает из моих рук. Головой понимаю, все, что он говорит – правда. Если я не остановлюсь сейчас, то мне придется наблюдать за тем, как рушится наша компания. И все из-за любви. Чертово слово, паршивые чувства. Пытаюсь всеми возможными способами заглушить ее голоса в голове.