На этаже ее встречала Рая, держа в руке папку с документами.
– Быстро распишись здесь, – протянула она ей ручку.
– Это что?
– Твое заявление на продление отпуска за свой счет, – и, получив заветный автограф, Рая продолжила инструктаж. – А теперь запомни, вот с этого числа ты на больничном. Мы смогли его продлить еще на неделю. Так что с понедельника ты уже отсутствовала без уважительных причин. Очень надеюсь, что пронесет. Шеф какой-то дерганый пришел: на не него вывернули кофе или сам опрокинул.
– Постой, – испуганно прикрыла рот Инна, – он такой высокий, стройный, с каштановыми волосами и голубыми глазами?
– Зелеными, – уточнила Рая.
– Да, они у него такие, хамелеоны: при ярком освещении голубые, в помещении зеленые, а когда злится, темнеют до болотно-коричневого цвета.
– Ты так его описываешь, как будто вы давно знакомы.
– Конечно, мы были одноклассниками, правда, только в последнем, выпускном, классе. Его зовут Андрей Мельник, верно?
– Да, это он! Слушай, – радостно подпрыгнула Рая, как маленькая девочка, – так это же просто замечательно! Теперь он тебя точно не уволит.
– Будем надеяться. Мы встретились внизу. Это я пролила на него кофе. Мы поговорили…, Ну, как поговорили, сама понимаешь, я спешила, а он меня не узнал.
– Ничего, бывает. Я тебя сейчас тоже не узнаю. От тебя одни кости остались. Ты думаешь, это красиво? Ты же постарела на лет десять!
– Умеешь ты утешить.
– Я твоя подруга и могу говорить правду. Пока не нарастишь мясо, не отстану от тебя.
– Девочки, что вы зависли тут, в коридоре, там Андрей Маркович всех собирает в переговорной, – переполняемая возмущением, с упреком глянула на них секретарша Анечка.
Эта девочка пришла в компанию еще молоденькой студенткой-заочницей. Сразу показала свою скупость во всем. Она экономила каждую копейку, и этот ее талант распространился на всю компанию. Девушка постоянно выдумывала разные схемы: как меньше платить за свет, как сделать так, чтобы сотрудники сократили расход бумаги для печати. Ее экономия иногда доходила до абсурда. Мало того, что вместо ручек выдавала только стержни, но и требовала у коллег подтверждения, что они полностью исписали карандаши, и их на самом деле уже невозможно держать в руках. Предыдущий начальник в ней души не чаял, а что до нового – время покажет.
– Всех-всех? – уточнила Рая. – Я к творческому процессу вроде не имею никакого отношения.
– Если босс сказал «всех», то это значит «всех-всех», – невозмутимо ответила Аня.
– Два вершка от горшка, а уже в боссы метит, – недовольно бурчала себе под нос Рая, следуя за секретаршей. Но все же, ради собственной безопасности, говорила так тихо, чтобы могла слышать только Инна.
В переговорной собрался весь коллектив, но начальник еще не пришел. Хотя их дизайнерское бюро уже было довольно известным, сотрудников насчитывалось не так много. Лев Александрович руководствовался тем, что не раздувал штат бездельниками, а хорошо платил профессионалам, которые готовы были работать за двоих. Поэтому в проектном бюро создавали свои шедевры всего пять архитекторов. Еще три человека работало в отделе ландшафтного дизайна. Всеми любимый отдел бухгалтерии, состоял из главного бухгалтера и ее помощницы. В том же кабинете находился и кадровик Рая, на которую повесили не только вопросы сопровождения сотрудников, но и ведение всех журналов, требуемых государственными службами. А еще она помогала персоналу решать личные вопросы, чтобы те не отвлекались от работы. Секретарь вообще тянул на себе весь офис, контролируя также и хозяйственную часть. Клининговые услуги заказывали у владельцев офисного центра. Таким образом, относительно небольшой переговорный зал с легкостью вместил «всех-всех» сотрудников.
Инна вошла в просторную переговорную с овальным столом на двенадцать стульев – в этом, кстати, тоже было видение Льва Александровича. Он говорил, что, по мнению психологов, двенадцать человек – это тот максимум, который способствует продуктивности диалога. Не зря столовые сервизы разбиты на два, шесть и двенадцать персон. Также он уделял внимание созданию особой атмосферы в коллективе и чуть ли не с дотошностью психолога подбирал персонал. В результате в компании работали и мужчины, и женщины в равной пропорции. Самой молоденькой была секретарша Анечка, а самым старшим – очень уважаемый архитектор Владимир Иванович, который помимо работы в архитектурном бюро еще вел историческую колонку в журнале «Особняк».