— Привет. Пришли посмотреть, как я вспоминаю институтский курс химии.
— Ну и как успехи? — Брови Форстера нахмурились.
— Успехи? Какие успехи — сплошь неудачи. Попытка определить возраст льда по этим кернам, которые мы взяли сегодня, оказалась безуспешной.
— А в чем проблема?
— Получаются сумасшедшие результаты. В кернах показания, отличаются друг от друга на несколько порядков. Может быть, я учился по неправильным учебникам, может быть, они были переведены с эскимосского или финно-угорского или еще с какого-нибудь.
— Почему бы не поверить приборам? Один образец старый, другой молодой.
— Речь идет не о старых и молодых, сэр, а о молодых и очень молодых. Большинство образцов датируют этот лед миллиардом лет. Сравните это со льдом с Ганимеда, Каллисто или Европы, который составляет солидные четыре-пять миллиардов лет.
Голос Форстера звучал грубо, но в нем слышалась улыбка:
— Это значит, что Амальтея не была частью системы Юпитера. Возможно, ее поймали позже.
— Тогда это значит, что Амальтея не была частью Солнечной системы. — Блейк хмыкнул. — Прислушайтесь, я говорю словами Рэндольфа-Крикуна-Мэйса.
— А самый молодой образец?
— Где-то между тысячью и десятью тысячами лет, сэр.
— Да, возраст, — сказал Форстер, уже открыто улыбаясь, — и откуда этот образец?
— Прямо под инопланетной антенной.
— Возможно, это будет интересное место для начала поисков. — Форстер тихо вздохнул. — Жаль, что Трой с нами нет. Может быть, у ее культа нашлось бы что сказать по этому поводу.
— Ей бы не понравилось, если бы вы назвали «свободный дух» ее культом, профессор.
— Тогда «саламандра», или как вы там себя называете. Профессор Надь пытался просветить меня, но, боюсь, мне так и не удалось разобраться.
— Кроме того, «Знание» едва ли является полным. Там Амальтея не упоминается, насколько мне известно, — сказал Блейк, стараясь уйти от темы тайных обществ.
— Но, как-то так получается, что Трой всегда знает больше, чем это так называемое «Знание», может быть и в нашем случае это так. Поэтому жаль, что ее нет. Что она делает там, на Ганимеде?
— Простите, я знаю об этом не больше, чем вы.
— Хм, Ну… жаль. Что еще ты можешь показать мне, мой мальчик? — Форстер повернулся к лабораторному столу и постучал пальцем по маленькому плоскому экрану лазерного спектрометра.
В ходе дальнейшего, углубленного анализа полученных результатов они сошлись во мнении, что лед похож на замерзшую в вакууме морскую воду.
XIII
«Майкл Вентрис» осуществил мягкую посадку на Амальтею. Его три ноги погрузились глубоко в пенистую поверхность. В отсеке оборудования, освещенный рабочими лампами, «Ледяной Крот» был уже освобожден почти от всех креплений. Блейк и Форстер забрались в его кабину и пристегнулись. Рыжеволосый профессор заметно нервничал, вероятно он вспомнил о своей почти катастрофической экспедиции на Венеру.
— Ну, старина, как ты себя чувствуешь, — бормотал Блейк, — проводя тщательную предстартовую подготовку.
— У нас что очень «старый» крот, да? - раздался по связи хриплый и веселый голос Джозефы Уолш.
— У этого «Старого Крота» силенок еще достаточно, — доложил Блейк, — проверка закончена, готов к старту.
Через несколько мгновений Уолш дала разрешение:
— У меня все в порядке, можете продолжать.
Блейк опустил прозрачный купол над их головами и запечатал его.
— Подтверждаю, атмосферное давление в норме, никаких заметных утечек.
На случай внезапной разгерметизации они были в мягких скафандрах, с открытыми лицевыми щитками шлемов.
— Тогда я вас больше не задерживаю, —сказала Уолш.
Двери отсека разошлись, послышался вой двигателя электрокрана. Крота очень медленно подняли из трюма и вынесли за пределы корабля. Наверху звезды, внизу белый туман, на горизонте красноватое сияние, невидимого за горизонтом Юпитера.
Вой прекратился. Послышался щелчок, и последний магнитный захват перестал держать. Затем раздался еще один щелчок — сработали пружины и мягко оттолкнули машину от корабля. Почти, но не совсем невесомая, массивная машина начала медленно падать носом вниз. Расчет был такой, чтобы очутиться рядом с антенной, потому что здесь пробы льда показывали возраст гораздо более молодой, чем в остальных местах Амальтеи.
Падение было долгим. Блейк и Форстер почувствовали легкий удар от столкновения с тонким льдом, снаружи внезапно появились сугробы. «Крот» зарылся в них почти по кабину.