Жара стала невыносимой. Вся поверхность озера была покрыта пламенем. Судя по запаху горел разлитый керосин. Языки пламени лизали кирпичные стены. Клубы черного дыма поднимались вверх и уходили в дымоход. Кислород, необходимый для горения, подавался потоком воздуха, дувшим ему в спину.
Пластиковая ткань одежды Блейка начала плавиться от жары. Он снял с себя все, разбежался и прыгнул так высоко и так далеко, как только мог, набрав полные легкие воздуха. Вынырнув у постамента, он обнаружил зону, где поверхность воды была свободна от горящего пламени, здесь находилась труба постоянно подающая в бассейн свежую воду. Здесь можно было перевести дыхание, прежде чем приступать к поиску трубы — пути наружу. Ничего оригинального, школьная задача про бассейн и две трубы. Впрочем искать особенно не придется, течение подсказывало его ногам в каком направлении нужно двигаться. Нужно только хорошо провентилировать легкие — ему придется еще раз проплыть под водой ни как не меньше десяти метров. Заплыв должен окончиться благополучно, ведь все это было построено не для того, чтобы топить испытуемых. Рассуждая таким образом, он принял решение и нырнул.
Течение утащило его в трубу, он больно ударился головой там где она поворачивала, плыл, помогая течению, как дельфин, вытянув вперед руки и извиваясь всем телом, иначе было не возможно — кирпичная труба была слишком узкой и покрыта водорослями. Внезапно скорость потока резко возросла, он почувствовал, что куда-то летит по воздуху, но тут же упал обратно в воду, в холодную, ледяную воду.
Это было другое помещение, новая его тюрьма из которой нужно было искать выход. Он быстро осмотрел ее. Огромный бронзовый кувшин, из которого он свалился, держала в руках колоссальная, мраморная статуя Наяды, стоящая в центре бассейна. Гладкие неровные бело-голубые стены, верх их терялся в ледяном тумане, сквозь который откуда-то сверху пробивался солнечный свет. Блейк вплавь обогнул кругом постамент статуи и сделал вывод, что другого выхода нет, кроме как карабкаться по стенам и делать это следует немедля, пока не окоченел от холода окончательно.
Он подплыл к стене, она была бетонной, холодной как лед. В бетоне были выступы и трещины, и стена имела небольшой уклон облегчающий подъем. После начала подъема стал слышен постепенно возрастающий звук заработавшего двигателя, а сверху на него обрушились мощные потоки воды, сбросившие его опять в бассейн, превратившийся в бурлящий котел ледяной воды. Как ни странно, его уровень оставался неизменным. Блейк почувствовал чувство уважения к конструкторам этой хитроумной гидравлической системы которая функционировала так же хорошо, как и столетия назад, когда она была создана.
Но где же выход из этой ситуации? Он внимательно присмотрелся и увидел, что падающий поток не равномерен. В нескольких местах стена имеет выступы, разрезающие воду, как нос корабля, и на них напор практически отсутствует, по-крайней мере такой, что сбросить его не должен. По этому гребню, цепляясь за выбоины, наверняка сделанные специально, можно была подняться. И Блейк стал карабкаться. Медленно. Не раз он едва не срывался, когда нога соскальзывала или крючковатые пальцы грозили ослабить хватку. После получасового кошмарного подъема он был уже в двадцати метрах над бассейном. Вот уже почти пройден самый опасный последний метр подъема. Собрав все оставшиеся силы, цепляясь пальцами рук, ног и даже зубами за трещины и выступы, он перевалил через край водопада и лег плашмя, вцепившись в бетон.
Двигатель замолчал, работа насоса прекратилась, водопад закончился. «Очищение водой» он прошел.
Послышался нарастающий свист и более низкий, трепещущий звук, подул теплый ветер. Блейк огляделся. — Цилиндрическое помещение, по окружности которого шла не очень широкая терраса, на ней он и лежал. Терраса имела небольшой уклон к стене с отверстиями труб, из которых сейчас вместо воды поступал теплый воздух. Через большие световые люки в сводчатом потолке светило солнце, туман рассеялся.