— Прогресса на всех этих фронтах удавалось достигать без проблем?
— В большинстве случаев пациенты, или их опекуны, давали согласие. — Риск был невелик, а выгода очевидна. А остальное, как говориться, было делом техники. Но были области где проблемы возникали.
— Например?
— Более тонкие улучшения. Восстановление утраты памяти, исправление некоторых дефектов речи, некоторых нарушений восприятия. Мы обладали очень мощными неврологическими инструментами, но не обладали достаточными знаниями об организации самого мозга. К тому же этические проблемы.
— Ну конечно, вы же не могли экспериментировать с людьми.
— Некоторые из наших исследователей не хотели экспериментировать даже с высшими приматами.
— Но не ты
— Я уверена, что вы слышали много историй об Индии, инспектор. Может быть, вы слышали о Джайнах, которые подметают перед собой землю, чтобы не наступить на блоху? Ну, я давлю комаров, даже нарочно.
На мгновение красные губы Сингх растянулись в улыбке, и ее белые зубы блеснули. Спарте она напоминала больше индуистскую Кали, чем мирных джайнских божеств.
— Но я питаю здоровое уважение к жизни, и особенно к ее наиболее развитым формам, — продолжала Сингх. — Сначала мы исчерпали возможности компьютерного моделирования — именно из этого исследования, кстати, возникли многие современные органические микро-суперкомпьютеры. Параллельно мы продолжали нейроаналитическую работу над видами, отличными от приматов, — крысами, кошками, собаками и так далее. Но когда, дело дошло до более тонких вопросов, о которых я уже упоминала, — вопросов языка, чтения, письма и запоминания речи, — ни один другой вид, кроме приматов, не смог бы заменить человека.
Сингх заменила голограмму на другую.
— Наш первый объект — детеныш шимпанзе Молли, двигательное расстройство. Бедняжка не могла даже прижаться к матери. В дикой природе она и суток бы не прожила. Я без колебаний ввела ей смесь органических наночипов, для устранения этой проблемы и попутно провела эксперимент на речевом аппарате, коррекция была минимальной, и мы позаботились о том, чтобы она были безболезненной.
Результаты были поразительные, скоро ее нельзя стало отличить от других детенышей шимпанзе, а меня она назвала «мама», когда я просто протянула руку и дала ей пищевую таблетку. Была преодолена пропасть между нашими видами.
Глаза Сингха блестели в тусклом свете лампы. Спарта промолчала.
— Оглядываясь назад, я думаю, что именно в этот момент я задумала ПУМК, программу улучшения межвидовой коммуникации, — Сингх нахмурилась. — Между прочим, я ненавижу термины «супершимп» и «шимп», — хмурый взгляд исчез, но выражение ее лица оставалось бескомпромиссным. — Наши первые выпускники, вся восьмерка были готовы к испытаниям год спустя. Все подробности есть в протоколах.
— Однако там нет ни слова, почему была свернута программа. Такого протокола нет.
— Для меня самой это не совсем ясно. После того, как все наши выпускники погибли при катастрофе «Королевы Елизаветы» просто прекратилось финансирование ПУМК. Почему? Это большой вопрос.
— Я не нашла записи о смерти шимпанзе по имени Стег.
— Стег? — Сингх внимательно посмотрела на Спарту. — Я вижу, вы внимательно ознакомились с документами.
Немного помолчав, и видимо прейдя к какому-то решению, она продолжила:
— Инспектор, я должна вылететь в Дарджилинг, как только закончу нашу беседу. У меня здесь неподалеку свой санаторий. Это на территории фамильного поместья. Не хотите ли быть моим гостем сегодня вечером? Я думаю, вам будет интересно познакомиться со Стегом. Последним из так называемых супершимпов.
XII
— Все, что ты помнишь о той ночи, является правдой, — сказал Командор, — за исключением того, что в вертолете была она. Это внушение, фальшивая память.
— А как насчет парня, который меня связал? — Спросил Блейк.
— Он был настоящим. Ты почти сбежал. Вылетел из окна, атаковал вертолет. Полная неожиданность. Если бы у парня в «Снарке» не была наготове инъекция, ты мог бы устроить нам неприятности.
Они шли рядом, бок о бок, через лес, утесы на берегу Гудзона едва виднелись сквозь деревья. От дыхания изо рта вылетал пар. Вокруг полыхала осень. Вышли на опушку, через широкую, уже побуревшую лужайку, подошли к особняку. Вот окно Эллен, разбитое Блейком при попытке к бегству, видна свежая замазка.