— Насколько нужно быть гнилой, чтобы сделать такое? — недоумевала я.
— Её задержали? — спросила Ди.
— Нет, к ней претензий не было, до этого момента, — ответил Антон, — я разберусь, — кивнул парень в сторону Марка.
Обсудив детали дела в мелких подробностях, все засобирались домой, ведь на часах было почти четыре утра.
— Поехали, Венер, — сказал Алекс.
— Я останусь, поезжайте без меня, я потом на такси уеду.
Все время, что мы разговаривали, Марк так и не выпустил меня из своих объятий, и, пролежав так несколько часов, я поняла, что одна половина тела затекла.
Как только все ушли, я приподнялась и немного отодвинувшись, заглянула Марку в глаза.
— Ты злишься на меня? — мне до сих пор не давал покоя тот момент, что я скрыла встречу с Взлом в магазине.
— Признаюсь, я огорчен, — Марк ответил ровным голосом без тени эмоций, — но как ни странно, не удивлен.
Я резко подняла на него глаза. Он сидел в кровати и улыбался мне. Будто и не было этого недопонимания.
— Подари мне на день рождения годовой запас валерьянки, — посмеялся Марк, — с тобой лишним не будет.
В этот момент я окончательно выдохнула, Марк простил меня, и, несмотря на то, что мне до сих пор было стыдно, я чувствовала, как с плеч свалилась огромная глыба неуверенности и страха потерять этого человека.
— Запомни, Птичка, я просто хочу быть нужным тебе. Не стоит бояться меня, расскажи, что тебя тревожит, и мы вместе решим эту проблему, договорились? — спросил Марк, вновь притягивая меня к себе.
— Почему никто не рассказал мне, что всё было спланировано? — спросила я, опомнившись, — ты хоть на секунду представляешь, что я пережила там, на треке. Ты бы не выдержал и сотую долю того дикого ужаса, что вынесла я, когда всё это случилось на моих глазах.
Я готова была вновь расплакаться, но Марк сильнее прижал меня к себе.
— Я знаю, ты у меня сильная. Тише, Птичка, не думай больше об этом, всё закончилось, и я здесь, с тобой, — целовал он мои щеки, глаза, лоб, нос, губы.
Я почувствовала, как его мягкая рука провела своими пальцами по моему лицу и медленно зарылась в распущенные волосы. Мне нравилось, как он гладил их своими осторожными прикосновениями. Прижавшись к моему лбу своим, он произнес:
— Прости меня, Венера, — глухо сказал он, — я столько раз хотел рассказать тебе, чтобы ты не пугалась так сильно, если увидишь то, что сегодня произошло, но я не мог. Я не мог, потому что обещал держать эту информацию в тайне, и вина за это перед тобой рвет мне сердце на части.
— Поэтому ты посадил меня в машину к Алексу, — констатировала я факт.
— Я смог рассказать только Алексу и Дэну, чтобы они успели все подготовить и были в курсе происходящего, и то, добро на разглашение информации парням мне дали лишь за сутки.
— Кто этот Антон? Откуда ты его знаешь? — полюбопытствовала я.
— Мы учились в одном ВУЗе, он на несколько лет старше и уже давно работает в органах, в каком-то супер-важном отделе, не стоит вникать, Птичка. Я просто знал, что могу обратиться к нему, и он точно поможет, — высказался Марк.
Мне больше не хотелось вести эти разговоры, моё сознание потихоньку стало уплывать. В руках Марка было очень тепло и уютно, и это сыграло важную роль, меня в считанные секунды вырубило. Не знаю, сколько прошло времени, но, когда я открыла глаза, изменился лишь цвет неба в окне. Скоро рассвет, а Марк до сих пор крепко держит меня в объятиях и не отпускает, лишь слегка прилег, посильнее облокотившись на руку, глаза прикрыты.
Я попыталась встать, но тут же почувствовала, как руки сильнее сжали меня.
— Куда-то собралась, дорогая? — услышала я насмешливый голос парня.
— Я думала, ты спишь, — обернувшись на него, увидела, что Марк лежит с открытыми глазами и наблюдает за мной.
— Это было бы позорным расточительством спать, пока ты находишься в моих руках. Чего мне стоило сдерживаться несколько часов и не потрогать тебя или зацеловать, — хрипло сообщил Марк.
— Тебе нельзя, — тут же уловив его настрой, я пыталась воззвать к голосу разума, — ты еще слаб, у тебя растяжения и ушибы, тебе нужно поберечься.
— Это всё ерунда, я отлично себя чувствую, — быстро сказал Марк.
— Нет, милый, нет — пыталась быть строгой я.
Отодвинувшись, я уже практически встала с кровати, как почувствовала, что снова лечу обратно на мягкий матрас.
Перевернувшись, Марк завис надо мной, удерживая коленями мои бедра. Я увидела, как по его лицу пробежала тень, всё-таки рёбра давали о себе знать.
— Ты даже не представляешь, как я хочу тебя, — прорычал он мне на ухо, закидывая мои руки за голову, — и я уверен, что ты тоже хочешь меня. Я даже готов поспорить, что, если засуну руку тебе в трусики, там будет так мокро, хоть выжимай.
Возразить было нечего, потому как он был полностью прав. Но и согласится в данный момент я не могла. Врач четко сказал, что пациенту нужен покой. Но это ведь Марк. Марк и покой вещи не совместимые.
Я приблизилась к нему, и парень привлек меня к себе. Он целовал меня так, будто я источник живительной влаги. Каждый поцелуй, даже мимолетный, оставался в моей памяти под названием «крышесносный», что греха таить, Марк — мастер поцелуев. Это факт.
Сейчас поцелуй не был нежным или осторожным, нет. Сейчас это был поцелуй надежды. Решительный и разрушительный. Он рушил те призрачные преграды, которые были выстроены в моей голове где-то недоверием, где-то недостатком опыта. Все эти стены мне больше не нужны.
Его губы переместились мне на шею, а рука пошла ниже. В сравнении с поцелуями, казалось, его руки, совершают какой-то ритуал. Они медленно и мучительно проводили по изгибам и контурам моего тела. Мне казалось, что от напряжения я слышу, как кровь шумит в моих венах.
Я могла наслаждаться приятными ласками бесконечно, но тихое шипение заставило меня на секунду замереть.
— В чем дело, тебе больно? — тихонько спросила я у Марка.
— Не обращай внимания, Птичка, всего лишь потянул руку, уже все прошло, — быстро ответил парень.
Я понимала, что наши ласки вышли за пределы невинных и останавливаться никто из нас не решался, поэтому решение было принято молниеносно.
Убрав его руки, я подтянулась и легко перевернулась. Аккуратно уложив Марка на спину, я встала на колени между его раздвинутых ног. Покрывая его тело нежными поцелуями, я услышала тихий стон, сорвавшийся с губ парня. Я обвела языком его соски, каждый кубик и продолжила своё чувственное путешествие ниже. В джинсах отчётливо проявлялась выпуклость, и я дрожащими от волнения руками начала расстегивать их, чтобы освободить от тисков, с которыми всё тяжелее было справиться Марку.
— Что ты задумала, Венера? — я подняла стыдливый взгляд на него и по сосредоточенному лицу поняла, как Марк был возбужден. Ему тяжело было сдерживаться, и, видимо, некая преграда в виде физических травм доставляла ему двойное неудобство.
— Поможешь мне? — спросила я Марка.
Парень лишь кивнул. Марк понимал, что я имею ввиду, озвучивать не было смысла. Не тратя больше ни секунды, я освободила его от остатков одежды и, не раздумывая ни секунды, обхватила ртом, заставив его хрипло выдохнуть.
Его рука зарылась в мои волосы, от чего я на секунду застыла. Член был глубоко во рту, но он не давил и не заставлял предпринимать решительные действия. Он давал мне время привыкнуть к его внушительному размеру и процессу. Так как мне не хватало глубины захватить его полностью, я решила помочь себе рукой и в тот момент, когда мои пальцы сомкнулись вокруг него, с моих губ сорвался чувственный стон. Я начинала постепенно наращивать темп, а мой язык кружил в танце, заставляя стонать нас обоих. Я чувствовала, как рука Марка периодически сжималась на моих волосах и его бедра слегка подмахивали мне. Я понимала, что он все еще держит себя в руках, чтобы окончательно не слететь с катушек.