— С большим удовольствием, Алекс, — я уже была в предвкушении предстоящей работы, и радостную улыбку было не стереть с моего лица.
Уже на следующий день, когда мы отправляли машину на эвакуаторе в сервисный центр, как мой телефон зазвонил. На дисплее отобразилось наше с Марком фото.
— Эй, милый! — крикнула ему в трубку, как только он ответил.
— Птичка! — его голос мурлыкал мне в ответ — Я скучаю по тебе так сильно. Как учёба? Стараешься? — спросил Марк.
— Очень стараюсь, — шум работающего эвакуатора создавал эффект ракушки. Знаете такое, когда прикладываешь раковину к уху и слышишь, как несется по венам кровь? Я прижала телефон ближе к уху, чтобы лучше слышать Марка.
— Я скучаю по тебе, родная, — мягко проговорил парень.
— Я тоже, — вздохнула я, — когда тебя ждать? Я недавно заходила в магазин нижнего белья и вышла оттуда богаче на один роскошный комплект, не терпится примерить.
— Ты не представляешь, Птичка, какие картинки только что разыгрались в моей голове, жаль, что ты не видишь, тебе бы понравились, — промурлыкал этот кот мне в ответ.
— Приезжай и покажи мне, — не осталась в долгу я.
Марк молчал, как бы я сама не скрывала перемены своего настроения, я остро ощущала, как изменилось поведение Марка.
Он тщательно пытался скрыть от меня эти импульсы, но я была бы не я, не улови их наличия. И нет, он не стал игнорировать меня или пытаться изменить свое отношение ко мне. Было чувство, что ему самому не в радость долгая разлука, но о причине задержки в подробности не пускался.
— Все хорошо, родной? — осторожно поинтересовалась я.
— Мне придется еще задержаться, отец заключает выгодные сделки, которые требуют моего присутствия.
— Всё ясно, — удрученно ответила я.
— Венер…
— Я понимаю, Марк. Правда понимаю, просто очень скучаю, и мне безумно тебя не хватает, — прошептала я.
— Ты так прекрасна, Птичка. Жди меня, я скоро вернусь. Пока, любимая.
— Пока — я положила трубку, так и не сказав ему, что хочу вылечить его зверя.
Этот парень внезапно ворвался в мою жизнь. Хватило совсем немного времени, чтобы заменить собой всё, без него весь мой привычный мир летел к чертям.
Спустя несколько недель, после замены деталей и покраски, машина Марка красовалась на своём прежнем месте в ожидании завершающих процедур. Алекс колдовал над открытым капотом с различными бутылями и жидкостями, я же в свою очередь больше мешалась, чем помогала.
Сказать честно, я была благодарна Алексу за ту терапию, которую он проводил со мной, думая, что я ни о чём не догадываюсь. Очень тонко, ненавязчиво в своей привычной для себя манере, он ловко вытянул из меня все переживания и размышления по поводу нашей дальнейшей судьбы с Марком.
— Знаешь, а я ведь никогда не видел его таким, — как-то сказал меня друг, — понятное дело, что мы видимся с ним по капле в год, но в те моменты, когда мы были вместе, ни одна девушка не задерживалась у него дольше, чем на пару дней.
— Вот спасибо, ты меня прямо утешил, — заметила я.
— Нет, Венер, ты не подумай ничего плохого. Я это к тому, что ты действительно очень зацепила Марка. Еще тогда, когда ты была в Италии, Марк случайно увидел наши совместные фото у меня в телефоне. Он как будто поплыл в тот момент, выпытал у меня всю информацию о тебе, — рассказал мне Алекс.
— Подожди, что значит всю? — спросила я, — про отца ты тоже ему рассказал?
— Прости, подруга, да, — признался парень, — это получилось не специально, да и я не знал, что это был какой-то секрет.
— Нет, нет, всё нормально. Он не выпытывал у меня эту историю и подробности. Просто терпеливо ждал, когда я сама ему откроюсь, — я была в легком, но приятном шоке.
— Вот именно, Венера! — воскликнул Алекс, — я, о чём и говорю. Марк терпением не отличается. А с тобой это совсем другой человек. Я уверен, что он действительно тебя любит, так что прости ему некоторые заминки и лучше подумай о том, что ждёт вас впереди. Не забудьте только меня на свадьбу позвать, — заулыбался парень.
— Тебя забудешь, как же, — посмеялась в ответ я.
— Прокатимся? — внезапно спросил Алекс.
Я в удивлении оглянулась на него, после чего он окончательно меня добил.
— Ты за рулём, — как приговор прозвучали для меня слова.
— Нет, не выйдет, ты же знаешь, я вожу, как первоклассница, — попыталась отвертеться я.
— Оксюморон какой-то получается, — посмеялся Алекс, — если бы все первоклассницы ездили так же, как ты… — он задумался, почесал затылок и продолжил, — то… ладно, не обращай внимания, лучше поехали, — подогнал меня парень.
— Либо ты продолжишь, что хотел сказать, либо я буду негодовать, — воскликнула я, пока Алекс запихивал меня на водительское сидение.
— Лучше я промолчу, потому что мне ехать еще с тобой в одной машине, а я как-бы, знаешь, жить еще хочу, — смеялся Алекс.
Летняя жара постепенно сменилась осенним дождем, ветер налетал внезапно, будто кто-то резко раскрывал форточку.
Мы ехали по трассе, и как назло зарядил такой ливень, что дворники еле-еле справлялись со своей задачей.
— Помнится мне, ты хотел жить? — спросила я Алекса.
Он сидел на моём пассажирском месте, облокотившись одной рукой на выпирающую ручку в двери, а вторую держал у себя на коленке.
Несколько раз я видела, как он дергал ею, в моменты, когда я резко заходила в поворот или не вовремя меняла передачи.
Смешной, сам же посадил за руль, сам же испугался. Но ничего-ничего, пусть поволнуется немного, кто карету везет, тот и музыку заказывает.
— Хотелось бы, да, — сглотнув, ответил Алекс.
— Тогда ты выбрал не очень удачный день, я же ничего не вижу, льёт, как из ведра,
— я притворно закрыла глаза и впечаталась в руль грудью, показывая ему утрированно на примере.
Алекс всё же не выдержал, дернул меня за плечо и велел парковаться на ближайшей остановке.
Я довольная собой, уже глазами жадно искала удобное место. Увидев приближающуюся пустынную остановку, я включила поворотник и свернула к обочине.
Пока я корячась перелезала на пассажирское сидение, Алекс выбежал под проливной дождь, чтобы занять место водителя.
Только прошло время, а Алекса так и не было. Я уже успела удобно устроиться, пристегнуться и даже потыкать аудиосистему.
Крылатая фраза «лило, как из ведра» приобрела вовсе не переносное значение, чтобы разглядеть, куда делся Алекс, пришлось пожертвовать своим комфортом и выйти из машины.
Алекс стоял на остановке и с кем-то разговаривал. Этот кто-то сидел на скамейке и ловко скрывался за широкой спиной друга.
Подойдя к ним, я с трудом смогла узнать девушку в насквозь промокшей одежде, с мокрыми, как щетка волосами.
Сквозь потёкшую косметику и красные от слез глаза, я различила черты некогда одной из самых стервозных и невыносимых мне людей.
— Извини, — всхлипнула Барби, — ради бога, извини меня, Венера, — заикаясь, произнесла девушка.
Знаете такую степень измотанности, когда ты ненавидишь человека до кончиков пальцев, когда ты думаешь, что встретив его, ты выскажешь ему всё, что накопилось в твоей душе, когда ты дашь ему понять, что готов глотки грызть за своих любимых?
Я готова была всё это сделать, когда увижу Барби, за то, что она сотворила с моим мужчиной, за то, что возомнила себя вершительницей судеб и человеческих жизней. Всё это я хотела сделать с Барби, но сейчас передо мной сидела жалкая и униженная девушка.
— Извини? Это всё, что ты можешь мне предложить? — я подошла ближе и встала рядом с Алексом, — Мне не нужны твои извинения. Почему ты думаешь, что, натворив дел выше крыши, можно просто взять и извинится, — это всё бесполезная ерунда! Я не верю и никогда не поверю в твоё искреннее раскаяние.
— Я виновата, я знаю, — зашлась в рыдании Барби, — всё, что произошло… так не должно было быть, всё должно быть иначе!