По дороге позвонила Нелли, единственному человеку после Астаховых, у кого я могла попросить помощи. Объяснив, что к чему, уже через полчаса забирала подругу из очередного салона красоты, и мы вместе направлялись в её квартиру.
Нелли не спрашивала у меня причин, по которым я осталась на улице, не дала даже договорить до конца. Она сразу сказала лишь одно слово: «Поехали».
Квартира оказалась примерно такой, как я и представляла. Высокие потолки и холл размером с однушку, которую я хотела снять. Арки, ведущие из одной комнаты в другую, вернули меня на секунду в коридоры Третьяковки.
Зайдя в очередную комнату — хотя осмелюсь предположить, что в этом доме она называлась залой — в которой по всем стенам возвышались открытые стеллажи с книгами, мы подошли к столу, за которым на маленькой софе сидела бабушка Нелли. Приглядевшись, я заметила на коленях пожилой дамы неизвестный мне томик стихов потрёпанного вида.
Женщина сидела на краю софы со слегка подогнутыми ногами в сторону, чтобы колени были в одной диагонали. Спина была прямая, а пудрового цвета домашнее платье с огромной брошью на груди и аккуратно прикрытые плечи платком изумрудного цвета выдавали в ней аристократку. Не удивилась бы, скажи мне кто-то, что эта породистая дама перенеслась к нам прямо из двадцатых годов прошлого века.
— Бабуль, знакомься, это Венера! Можно, она поживёт с нами? Ей совсем некуда пойти.
Это её «бабуль» совсем не вписывалось в образ той величественной дамы, сидящей передо мной. К такой женщине хотелось обращаться по имени и отчеству, не делясь на внучку и незнакомку.
Дама, казалось, была не удивлена подобной фразе. Она не поменяла своей позы, а лишь подняла свои глаза на меня и оглядела с ног до головы из-под очков-половинок, и строго сказала.
— Только не нюхать, не курить и не устраивать оргии. У меня аллергия на марихуану, и я терпеть не могу проституток.
— Ба, господь с тобой, ты же знаешь, мы ни-ни, — начала оправдываться Нелли
— Вот потому что я знаю тебя, моя милая, поэтому и предупреждаю.
Честно говоря, я была немного в легком шоке от общения этих двоих. Они казались мне какими-то инопланетянками в моей скучной тухлой жизни.
— Венера, говоришь? — спросила «бабушка», — красиво. Необычное имя, прямо как я люблю, — заметила женщина.
Она продолжала разглядывать меня строгим изучающим взглядом.
— Легко ли тебе живется, девочка, с таким сильным обязывающим именем? Кто назвал тебя так? — заметила дама.
— Мой отец… — «леди», — хотела добавить я, но вовремя прикусила язык.
Женщина поняла причину моей заминки и представилась.
— Агата Витольдовна, — и эта дама что-то говорила про моё имя, — приходилось ли тебе видеть потрясающую картину Сандро Боттичелли «Рождение Венеры»? — спросила женщина.
— Только на картинке, Агата Витольдовна, — тихо ответила я.
— О, милая, тебе обязательно нужно будет посетить галерею Уффици во Флоренции, — тут же взбодрилась дама, — Нелли, обязательно своди туда Венеру, когда у вас будет рейс, ты слышишь меня, обязательно!
Подруга, которая в этот момент уже накрывала для чаепития стол, согласно кивнула.
— Обязательно, бабуль, как только, так сразу, — посмотрела на меня Нелли и подмигнула.
Через месяц, когда я съезжала от них, уже спокойно называла Агату Витольдовну бабушкой, а она меня внучкой. Казалось, после первой встречи такое невозможно, но, не смотря на свой строгий внешний вид, Агата Витольдовна была человеком с огромным добрым сердцем и острым умом.
Теперь же я старалась чаще появляться и в этом доме тоже, пожилая дама не навязывала своего общества, но с удовольствием рассказывала нам о своей молодости и работе в театре.
Сегодня, заходя в жилой музей, так я окрестила этот дом с мраморными лестницами, просторным вестибюлем и коваными перилами, я хоть и была уставшая, после рабочей смены, но всё же была счастлива, что меня здесь всегда ждут.
— Бабуль, мы дома, — крикнула с порога Нелли, оглушая меня, — я и Венеру притащила.
Из-за угла к нам вышла Агата Витольдовна. Женщина, как всегда, была прекрасна: в шикарном домашнем платье насыщенного сливового цвета, украшенная янтарным набором из сережек, кольца и ожерелья. Её глаза в силу возраста были не такими яркими, как раньше, но это не мешало ей каждый день наносить легкий макияж.
— Милые мои девочки, с возвращением, — обняла нас по очереди.
— Как себя чувствуете, бабуль? — поинтересовалась у нее я.
— Я всегда чувствую себя хорошо, когда вы обе дома, — она сжала мои пальцы, и я почувствовала, какие холодные у неё руки, — скорее мойте руки и за стол.
Мы отлично провели этот вечер, горячий чай сделал своё дело, а свежевыпеченный ореховый пирог окончательно уговорил меня остаться.
Глава 16
Для того, чтобы появиться на сегодняшнем вечере в полном порядке, мы с Нелли с самого утра осадили любимый салон красоты. Бесконечные шлифовки, депиляции, укладки, полировки, список можно перечислять бесконечно. Такое впечатление, что готовились не на новогодний бал, а замуж за шейха, как минимум. Я даже в один момент пожалела, что у нас нет феи крёстной, которая прилетит и взмахнет своей палочкой-выручалочкой.
Мой наряд насыщенно-алого цвета, выбранный мною в одном из бутиков с нашего последнего шопинга во Франции, выгодно подчеркивал все плюсы моей фигуры. Помада кровавого цвета как нельзя лучше дополняла образ.
Облегающее платье, полностью закрытое спереди и длиной в пол, смотрелось элегантно. Глубокий вырез на спине, который доходил до самой поясницы, оставлял мало места воображению, потому фантазии некоторых можно было прочитать прямо по заинтересованному лицу.
Платье было настолько узкое, что мои привычные шаги на высоких каблуках становились меньше вдвое. Я никогда не покупала себе украшения, каждый день меня сопровождала лишь одна вещь — подвеска из белого золота с маленькой бриллиантовой птичкой. Она красиво переливались в свете стекающих с потолка люстр.
Важным атрибутом бала являлась маскарадная маска. Как только не поизвращался народ над своим аксессуаром, радовало, что большинство отдали свое предпочтение классическому стилю. Моя же маска в венецианском стиле цвета серебра, завязанная атласными лентами.
Это был мой первый профессиональный выход такого масштаба. Бал-маскарад проходил в одной из самых дорогих гостиниц столицы, в огромной зале, украшенной в зимнем сказочном стиле. Это не та зима, которая ожидает вас за дверью. Грязной столичной погоде не сравниться с той сказкой, в которой мы очутились.
Зал наполнен настоящим зимним волшебством: белые цветы, казалось, их здесь было тысячи, настоящий лес из заснеженных деревьев, застывшие струйки хрустальных люстр в стеклянных вазах.
Гостей встречали на входе пушистые снеговики в круглых очках, в зале же официанты в костюмах ангелов с огромными белыми крыльями за спиной разносили подносы с наполненными бокалами и легкими закусками.
Новогодний бал-маскарад представлял собой мероприятие огромного масштаба, верхушка кампании не поскупилась. Реки дорогого шампанского лились рекой, как и речи акционеров. Все поздравляли друг друга с предстоящими праздниками и желали денег, успехов и притока новых клиентов — самые важные вещи на их взгляд.
Так как на подобном мероприятии появиться, без сопровождения считалось плохим тоном, быть спутниками для нас с Нелли вызвались два молодых человека из другого экипажа. Второй пилот Андрей, высокий темноволосый красавец, который сопровождал Нелли, смотрел на неё обожающим взглядом. Мне же в компаньоны достался коллега-бортпроводник Влад — светловолосый парень с вечно улыбающимся лицом. Казалось, работа до сих пор не отпустила его.
Мы вчетвером пытались обойти уже сформировавшиеся кучки людей, оживлённые беседой с бокалами шампанского в руках, чтобы пройти к своим местам. Несмотря на то, что все были в масках, знакомые люди легко угадывались, по образу и жестам. Приходилось иногда останавливаться, здороваться и перекидываться парочкой фраз с коллегами и знакомыми.