Официально разрешаю считать эту новогоднюю ночь моментом моего падения, потому что всё, что делал этот мужчина подходит под описание "продать свою душу дьяволу".
Этот интимный момент заставил меня задыхаться и разгораться с новой силой. Движения его языка были требовательными и настойчивыми, он то возносил меня к самому краю, то останавливался на полпути.
Я всхлипывала, судорожно сжимая свои волосы, но долго удерживаться не было сил, и в тот момент, когда я почувствовала жгучую волну распадающихся миллиардов космических частиц, я взорвалась такой ослепительно мощной волной, что буквально на несколько секунд потеряла зрение.
Дамиан приподнялся и зарылся своим лицом в изгиб моей шеи, успокаивая меня поцелуями. На секунду зажмурившись, я почувствовала, как он переворачивает меня на живот и помогает встать на колени. Приподнявшись и хватаясь за спинку дивана, я зачарованно ощущала, как Дамиан завис надо мной сзади.
— Если будет больно или некомфортно, скажи об этом, — судорожно прохрипел надо мной Дам.
Волноваться было не о чем, моё тело было уже настолько готово, что я не переживала. А зря. Дамиан сильным толчком проник в меня сзади, и я почувствовала, как меня прошивает изнутри. Немного отступив, он снова протаранил меня, пытаясь приноровить мое тело к своему.
Его руки скользнули вверх, запутавшись пальцами в моих волосах, он наклонился, жадно вдыхая их аромат, и зарычал, словно хищное животное перед нападением.
Я ощущала себя маленьким белым кроликом, загипнотизированным удавом, будто в следующее мгновение он должен напасть, а я умереть.
Дам сжал мои волосы в кулак и потянул за длинные пряди. Моя голова запрокинулась, и он провел своим языком вдоль по шее вверх. Моё сердце колотилось от возбуждения, растекавшегося по венам, ещё чуть-чуть, и я снова взорвусь, распадусь и сгину к чертям.
Его толчки становились все более напористыми, резкими и глубокими, и этого хватило для того, чтобы я просто забыла, и как меня зовут, и что я здесь делаю, и где вообще нахожусь. Я шептала его имя, словно молитву, наслаждение накатывало волнами: одна за другой, пока не накрыли с головой. Мои хриплые стоны стали симфонией этой ночи. Дамиан не стал долго ждать и отправился вслед за мной, жадно вбиваясь в меня изо всех сил.
Пока мы медленно приходили в себя, Дам аккуратно сгреб меня в свои объятия и скатился вместе со мной вниз на мягкие шкуры.
За окном послышались громкие хлопки и взрывы праздничного фейерверка. Это стало негласным символом наших отношений. Фейерверк в душе и в теле.
Так мы оба обессиленные провалились в сладкие грёзы в обнимку друг с другом, и моя растрёпанная душа уютно устроилась в его руках на всю ночь.
А знаете, для меня, волшебство — это не время года, не наступление праздника и даже не наличие волшебной палочки. Это человек. Тот самый, который несмотря на безликую оболочку залез ко мне в душу. Человек, о котором другие мечтали ночами, а он тихо и осторожно приручал меня к себе и своему телу.
Я смотрела на него и сердце замирало. Сумасшедшая, дикая ночь стала нашим общим воспоминанием. Страсть, которая вырвалась наружу, вогнала меня в легкое оцепенение. Разве так бывает? Нет, не может быть, это какой-то сон.
Но мне хватает одного взгляда опустить вниз на спящего мужчину, чтобы понять — мой разум меня не обманывает. В моей голове еще не успели сформироваться новые вопросы, а ответы уже лежали у моих ног. Вернее, лежал один большой ответ.
И несмотря на то, что именно с этим мужчиной мне было хорошо, я испытывала грусть от безмолвного прощания с ним. Я должна покинуть этот дом до его пробуждения. Я сбегаю, трусливо бегу, не разбирая причины. Я выстраивала стену из дней и месяцев без чувств и ощущений, лишь бы не показать никому, что стало моей катастрофой. И вот теперь я на пороге запретной территории под названием «разочарование». Я не хочу делать даже маленький шаг на её территорию, потому что не хочу портить то, что случилось этой ночью. Поэтому я даю себе указание, выйти в эту чертову дверь, зайти на борт своего самолета и улететь туда, где его нет.
Это была всего лишь одна ночь. Ночь, которую я запру на замок в своей памяти.
Глава 22
Полтора месяц спустя.
Я скольжу в потоке машин, словно гоночный болид рассекает трассу, обгоняя соперников. За то малое время, проведенное в столице, я поднатаскала себя в искусстве вождения, теперь даже педант Алекс не побоится сесть в мою машину.
Кстати, о нём. Мой лучший друг, который всегда меня оберегал и поддерживал, остался в прошлой жизни, как и все они. Я уехала чуть больше года назад и захлопнула дверь не просто в своё прошлое, но и перед носом людей, готовых прийти мне на помощь.
Алекс, Диана, Дэн. Как они? И что происходит в их жизнях? Мне беспокойно от того, что я оставила их на обочине, а сама укатила далеко и надолго. Они не были виноваты в том, что произошло, но я была так ослеплена своим горем, что просто сбежала в поисках излечения, элементарно не попрощавшись.
Несколько раз за этот год я была близка к тому, чтобы взять телефон и набрать один из знакомых номеров, но что я скажу? «Привет, это я?», — или нет, не так: «Привет, я уехала в другой город жить и работать, и совершенно забыла о вас. У меня появились новые друзья, и я не хочу возвращаться». Так, что ли? Трусиха, знаю.
Каждый раз даю себе обещание набраться смелости и связаться с друзьями, хотя бы для того, чтобы сказать, что со мной всё в порядке. После моего отъезда они звонили. Все звонили и писали сообщения. Я глупо игнорировала, пытаясь оставить их за чертой и вернуться к ним тогда, когда буду готова.
И что же получается, прошло либо слишком мало времени, и я не готова вернуть прошлое в свою жизнь, либо много времени и возвращать что-то не имеет смысла? Всё это неправильно, я понимала, но найти верные ответы в этой дилемме мне пока не было суждено.
Последнее сообщение мне прислал Алекс со словами: «Наберешься сил, я буду рад тебя услышать». В этом весь он. Не обиделся и не вычеркнул меня из жизни, а просто дал мне возможность переболеть и самостоятельно найти пути восстановления.
Мелодия телефона вырывает меня из размышлений.
— Привет, я уже в пути, — я так резко хватаю телефон, будто это последнее, что я могу сделать в этой жизни.
— Эй, подруга, — слышу довольный голос Нелли, — тащи свою милую маленькую задницу сюда, как можно скорее.
— Ты имеешь что-то против моей задницы? — смеясь, спросила я.
— Да, она худая, — рассмеялась в ответ подруга, — в отличие от моей.
Нелли была неисправима. С фигурой, как у Мэрилин Монро, она умудрялась жаловаться на свои аппетитные бедра и пухлую грудь, в то время, когда я со своим суповым набором не всегда могла подобрать одежду впору.
— Давай скорее, я уже засунула в морозилку бутылочку любимого бабушкиного шампанского, — шёпотом, будто мы заговорщики, произнесла Нелли, — не понимаю, почему в мой день рождения мы должны пить её любимый напиток, — начала жаловаться она.
— Не забывай, что она тебя вырастила и воспитала, немного потерпишь, это и её праздник тоже, — ответила я, и в этот момент огромный черный джип нагло подрезал меня, — твою мать! — закричала я.
— Что?! Что случилось? — слышу, как кричит мне в трубку Нелли, но я, не обращая внимания, разражаюсь такой бранью в сторону внедорожника, что заправские матросы нервно курят в сторонке.
Джип поморгал мне задними фарами, якобы извиняясь, только от этого его «извини» сердце на место не встало. Я ехала с приличной скоростью и попади в аварию, вряд ли отделалась бы парой царапин.
— Всё в порядке, — поспешила успокоить я подругу. Видимо, Нелли готова была уже вызванивать полицию и скорую помощь, — какой-то мудак, только что на бешеной скорости подрезал меня и, как ни в чём не бывало, поехал дальше.