Майор спустился на первый этаж и зашел в указанный склад. Постучав, он открыл дверь и увидел перед собой ответственного «за хранение и подготовку». Ею была девушка-лейтенант лет двадцати семи, весьма симпатичная собою. Красотке со жгучими глазами офицерская форма только придавала сексапильности. Девушка была из разряда тех, вслед которым оборачиваются даже в не страдающем отсутствием красавиц Каракасе.
«Однако, – подумал майор, – такого я не ожидал!»
– Майор военно-воздушных сил России Андрей Лавров, – представился Батяня, – командирован сюда в составе российской делегации для участия в составе смешанной комиссии по расследованию недавнего инцидента.
Говоря это, майор не забывал короткими, но внимательными взглядами «сканировать» помещение.
– Здравствуйте, майор, – холодно сказала девушка, – лейтенант Лаура Кабрера, родственный вам род войск.
– Значит, коллеги? – широко улыбнулся Батяня.
– Видимо, так, – лаконично ответила она.
Как ни странно, имея такую располагающую внешность, красавица выглядела холодной и неприступной. Чары Лаврова, так часто действующие на представительниц слабого пола, как оказалось, сразу не подействовали.
«Ну просто снежная королева!» – подумал Батяня, подавая ей документы.
Просмотрев собственно российские документы, девушка оставалась такой же мрачной. Но как только она развернула бумагу «о всемерном содействии» за подписью президента, стала меняться на глазах.
– Рады вас видеть у нас, майор! – заворковала лейтенант, открывая в улыбке идеально ровные, белоснежные зубы.
«Эге, красотка, так ты, оказывается, умеешь улыбаться!» – сдержался от смеха Батяня.
Да, автограф президента поистине был способен творить чудеса. Впрочем, как логично рассудил Лавров, ничего удивительного здесь нет. Все-таки режимный объект, так сказать, святая святых. Опять же – армия. Опять же место, где хранятся, кроме всего прочего, парашюты. А здесь такая трагедия – погибает, можно сказать, национальный герой с парашютом российского производства. Все цепляется одно за другое. В результате нет ничего удивительного в том, что поначалу на тебя смотрят если не враждебно, то настороженно.
– Я понимаю, лейтенант, что, возможно, ваше отношение к нам несколько изменилось после того, что произошло, – высказал вслух свои мысли Батяня, – но ведь мы и прибыли сюда, чтобы все выяснить и разобраться, в чем дело.
– Да, извините меня, майор, – кивнула девушка, – я очень опечалена смертью полковника Диаса. Да что я – многие у нас до этого времени в шоке. Но вы не подумайте, я ни в коем случае не виню вас, то есть вашу страну в этом.
– Сейчас, наверное, масса слухов на эту тему?
– Да уж, хватает, – подтвердила Лаура, – но я уверена, что все это подлая провокация. Сегодня, когда Венесуэла выдерживает такой натиск тех, кому не по нраву наше стремление вперед, можно ожидать всякого. И вот пример – враги ударили гнусно, из-за угла…
– А вы будете принимать участие в расследовании? – поинтересовался Батяня.
– Да, я тоже войду в совместную комиссию по проверке «Кинжалов», – сказала девушка, – так что мы с вами теперь вдвойне коллеги: и по десантному братству, и по этой работе. Вы не против? – улыбнулась она.
– Против, – серьезно сказал Лавров, – ваша красота отвлекать будет.
Оба рассмеялись. Благодаря шутке напряжение было окончательно снято. Знакомство завязалось, но дело – прежде всего.
– Я бы хотел с вашего разрешения осмотреть вот этот парашют, – кивнул Батяня на расстеленный на столе шелк, – насколько я понимаю, им еще не пользовались?
– Да, вы совершенно правы. Пожалуйста, майор, прошу вас.
Любезно воспользовавшись согласием, Батяня внимательно осматривал парашют – каждая складка, каждый участок ткани прошли через его пальцы, но ничего подозрительного майор не обнаружил. С ходу зацепиться за что-то не получалось.
– Все в порядке, – заключил он через некоторое время, – никаких отклонений от нормы не наблюдается.
– Может быть, кофе, майор? – любезно предложила Кабрера.
– Нет, благодарю вас. Скажите, лейтенант, а нельзя ли взглянуть на парашют, на котором разбился полковник Диас?
– Конечно. Все, чем мы можем помочь вам, находится в вашем распоряжении, – сказала Лаура, – ведь в наших общих интересах найти истину. Сейчас я принесу тот самый парашют.
Кабрера удалилась, и Батяня остался один. Прохаживаясь вдоль стеллажей, он присматривался к обстановке Арсенала. Впрочем, все здесь было «в рамках» соответственного учреждения. Ничего лишнего, все предельно функционально. Ряды шкафов, стеллажей, полок, на которых размещались комплектующие ВВС Венесуэлы. На подобное майор за годы службы насмотрелся предостаточно. Несколько разрушали этот порядок забытые на столе Лаурой зеркальце и помада. Да, женщина всегда остается женщиной, даже на службе в вооруженных силах…