– Почему же, по-вашему, деятельность ИТАА здесь столь неэффективна? – вздохнула Чанг.
– Причина тому – жадность и страх, сэр. Эти подлецы хорошо подмазывают старших офицеров и запугивают остальных.
– Следовательно, вы утверждаете, что здесь мы имеем дело с хорошо законспирированной организацией планетарного масштаба, во главе которой стоят крупные землевладельцы?
– Вы правы, сэр.
– Что ж, если верить вам, то мне следует оценить свои шансы в борьбе с этим злом как мизерные.
– При условии, если вам удастся остаться в живых, сэр.
– И как, по-вашему, мне лучше это сделать, капитан?
– Доверять мне, полковник. Не позволяйте Качестеру вмешиваться в формирование вашей личной охраны. Никогда не спите две ночи подряд в одном и том же месте. Не раскрывайте им своих карт. Никогда не ездите в одном и том же автомобиле. Не доверяйте никому проводить в своем кабинете проверку действия системы безопасности.
Луиза Чанг ощутила, как ее постепенно охватывает волна панического ужаса. Ей самой уже приходили в голову подобные мысли, но она отгоняла их как навязчивую паранойю.
– Что ж, благодарна вам за добрые пожелания и советы, капитан. Они вполне разумны, и я, безусловно, приму меры предосторожности. Однако я сама позабочусь об организации личной охраны. Надеюсь, мы будем с вами сотрудничать и добьемся хороших результатов.
– Мне осталось служить здесь десять месяцев, сэр, и после этого, боюсь, вам придется действовать в одиночку. Не теряйте понапрасну времени, сэр. Действуйте быстро, иначе упустите благоприятный момент.
– Да, капитан, я обо всем позабочусь. Я привыкла сама планировать свою жизнь.
Блейк опустил глаза:
– Как вам будет угодно, полковник. – Он произнес эту фразу таким тоном, будто уже списал ее на свалку истории.
Чанг уже овладела собой.
– А пока, капитан, мне хотелось бы ближе познакомиться с городом, с планетой. Я бы с удовольствием сопровождала вас во время патрулирования. Когда ваше следующее дежурство?
Блейка эта просьба не удивила. Он кое-что слышал о полковнике Чанг.
– Завтра утром, ровно в восемь, сэр. Мы опять собираемся в Скуллас.
– Неужели вы считаете, что «регуляторы» снова нагрянут туда?
– Именно так, сэр. Урожай нынче в этом районе был хуже некуда, и сборщики налогов уже выдавили из бедноты последние соки. У людей ничего не осталось, вот они и подались снова в «либераторы».
– Насколько я понимаю, они воровством возвращают себе плоды своих же трудов?
– Да, что-то в этом роде, сэр.
– И вы будете патрулировать деревни?
– Да, сэр.
– В таком случае, капитан, я непременно отправляюсь с вами.
– С нетерпением буду ожидать этого часа, сэр. – Он на секунду умолк, а затем кивком указал на маленькую алую боевую нашивку, которую Луиза носила на форменной рубашке. – Я полагаю, вы были на Курске, полковник.
– Верно, капитан, вы ведь тоже там были,
– Я видел Стронтунг после того, как нам удалось им овладеть.
– Да, невеселая была картина, капитан. В тот день шло ожесточенное сражение.
– Я воевал в составе 24-й орбитальной дивизии под командованием генерала Личино.
– Я хорошо помню 24-ю. Она пришла нам на смену. Я была в передовых отрядах космофлота. На бумаге, формально, мы считались частью 42-й орбитальной, но к тому времени уже долгие месяцы не видели никого из дивизии.
Блейк едва заметно улыбнулся. «Хорошо отрепетированная улыбка», – подумала Луиза, а вслух сказала:
– Значит, наши пути снова пересеклись, капитан. Итак, до завтрашнего утра.
Блейк ушел.
Чанг развернула вращающееся кресло и прижала ладони к вискам. Стоит ли удивляться, что генерал Номура пытался отговорить ее от этой должности. Перед самым отлетом генерал прислал ей написанное иероглифами стихотворение:
Скала застыла в ожидании, Набег волны таит в себе угрозу, Идет корабль, Но кто же обратит взор свой к небу?
Внезапно прямо перед собой Луиза услышала голос капитана Качестера:
– Полковник, я жду вас у себя в кабинете. Нам надо поговорить.
Луиза улыбнулась. Качестер был верен себе.
– Капитан, боюсь я буду слишком занята сегодня утром, почему бы нам не перенести встречу на более позднее время и не поговорить у меня в кабинете?
– Полковник, – в голосе Качестера сквозила озабоченность, – нам просто необходимо встретиться. Вам следует быть в курсе здешней обстановки.
– Хорошо, капитан Качестер, у меня, похоже, уже возникла парочка идей по этому поводу.