— Тебе они, правда, не нужны? — спрашивает она, глядя то на цветы, то на парня.
Обе руки Йошки лежат на изгороди, он, будто собака, кладет на них свой длинный подбородок и снова смотрит на Жужи странными разбойничьими глазами.
— А что я за это получу?
Девушка притворно изумляется.
— Что? Разве ты мне не просто так дал цветы?
— Нет, — говорит парень.
— Но у меня же ничего нет, — произносит девушка.
— Как бы не так! — говорит парень. — Этого у тебя полно!
На лице Жужи появляется подозрение.
— Ты о чем?
— Разве я не получу за букет поцелуй? — говорит парень, и его сузившиеся глаза не позволяют девушке отвести взгляд, темное лицо его блестит, когда он наклоняется вперед. — Правда, Жужи, подари мне один поцелуй!
Девушка сердится и краснеет.
— Вот как стукну! И будет тебе поцелуй!
— Подойди ближе, — смеется парень.
Жужи замахивается, словно хочет ударить, и надувает маленькие губки.
— Не нужны мне твои цветы, раз ты такой.
— Давай их сюда, — говорит парень.
Жужи прячет букет за спину. Она снова улыбается.
— Отними!
— Коли б не эта изгородь…
И он пристально глядит на Жужи.
— Так ничего мне и не дашь?
— У меня сейчас нет цветов.
— А когда будут? Жужи, когда твои розы расцветут… дашь мне одну?
Жужи смотрит в землю.
— Ну, дам, — говорит она.
Молча, как-то диковато Йошка смотрит на девушку. Жужи робко топчется на месте.
— Я пойду… цветы отнесу, — говорит она, — чтобы не увяли.
Но парень молчит, и Жужи не может шевельнуться. Глаза их встречаются.
— Но цветок я тебе дам, только если будешь хорошим, — говорит Жужи.
— А что? Не хорош я?
— Ты? — смеется девушка. — Другого такого разбойника во всей округе не сыщешь.
Йошка довольно ухмыляется. Жужи бежит с букетом в дом, но у калитки оборачивается. Йошка глядит на нее из-за плетня. Жужи приподымает букет повыше.
— Спасибо, — говорит она.
Парень кивает, улыбается. Потом идет домой, на соседний двор, а Жужи исчезает в своем доме. Через несколько минут за окном, которое выходит на улицу, в маленькой синей вазочке уже белеют Йошкины подснежники.
Чуть погодя, стоя в дверях кузни, парень снова видит Жужи. Она выходит из дому и опять копает, склоняется, к земле, порхает по саду. Йошке хочется махнуть ей, но теперь девушка не бросает не единого взгляда в сторону кузни, даже когда откидывает назад тяжелые косы. Работая, она так низко наклоняет голову, что густой бурый плетень совсем скрывает ее лицо.
Перевод Е. Тумаркиной.
Магда Сабо
БЕГ ВО СНЕ
Когда он вернулся из больницы, то первой, кого он увидел у ворот, была Тотне, соседка с нижнего этажа. Она возилась у клумбы и делала вид, будто с головой ушла в заботы по саду, но профессор понял, что соседка давно уже ждет его появления, и по тому, как она глянула на него, молча подошла и коснулась рукою его плеча, профессор догадался, что Тотне звонила в хирургическое отделение и там ей сказали, что Вали не перенесла операции. Старая женщина прошептала что-то утешительное, на глаза ее набежали слезы, они молча пожали друг другу руки, и профессор подумал было, что с церемониями, очевидно, покончено, теперь он может подняться к себе в квартиру, сесть и спокойно обдумать положение, но нет, он ошибся, его не оставили в одиночестве. Старуха Тотне проследовала за ним наверх, и, когда они остановились у запертой двери в квартиру, она отобрала у профессора ключ и сама открыла дверь; женщина первой вошла в квартиру, направилась прямо на кухню, и профессор услышал, как она позвякивает посудой и зажигает газ. Соседка готовила ему чай; не выходя из кухни, она дождалась, пока вода закипит, затем внесла поднос в комнату и замерла в выжидательной позе: пусть господин профессор при ней подкрепит себя чаем, а тот едва мог глотать. Фрици лишь чуть поднял голову, когда они вошли в квартиру, но не встал; лохматый и неподвижно вытянувшийся на полу пес напоминал тряпичный коврик; таким профессор видел его, уходя утром из дому, и так же безучастно пес лежал все дни с того самого часа, как хозяйку его увезли в больницу. Профессор смотрел на Фрици и думал, как ничтожны коммуникабельные возможности между человеком и животным, а сейчас ему нужно как-то дать понять собаке, чего та лишилась. Но Фрици ничего не скажут его слова, это Вали могла бы поговорить с ним, Вали — единственный посредник, кто мог бы растолковать Фрици, что ее больше нет, что она умерла; Вали все могла объяснить этому существу: и то, что у нее болят зубы, а потому пусть пес не тянет ее на прогулку, или вот вышли, мол, все деньги, или что ей сегодня грустно. Из-под полуопущенных век пес тоскливо и обреченно смотрел на хозяина, а профессор думал о том, что, как только эта старуха Тотне с нижнего этажа уберется отсюда, он без промедления примется наводить порядок, и первое, что полетит за порог, будет миска Фрици — отвратительная посудина, которую Вали столько раз забывала в комнате, следом за миской он вышвырнет коврик Фрици, поводок, склянки с витаминами, намордник…