Милдранторрия являлась самой маленькой страной, но, тем не менее, достаточно развитой во всех отношениях. На ее землях добывали алмазы, изумруды и другие камни, которые в дальнейшем отправлялись в ювелирные лавки для гравировки и создания украшений.
Чем больше Мигель рассказывала мне о развитии стран Вениакора, тем больше я сомневалась в том, что нахожусь в, своего рода, средневековом и старом мире. Пятиэтажные здания с торговыми лавками в Графориате, Ювелирные мастерские, богатые золотом и серебром в Милдранторрии, городские постройки с парикмахерскими, мраморной посудой, косметические магазины и даже химчистки, заставляли меня чувствовать себя в какой-то степени в таком же новом и современном мире, почти ничуть не отличавшемся от нашего.
«Конечно, многое здесь так же не достигло своего пика. Например, оружие и одежда. Так как стрелять из лука и возможно даже в будущем, управлять мечом мне не составит никакого труда, с платьями дело обстоит куда хуже. В Лос-Анджелесе я привыкла носить свободные штаны или такие же, не облегающие платья, в то время как здесь, помимо широких длинных юбок, необходимо туго затягивать на себе неудобный и неслабо удушающий корсет. Со временем, думаю, привыкну, но по возможности, я стараюсь носить обычные, ничем не привлекающие, свободные платья.»
Сделав еще несколько пометок в дневнике и заметив, что утро приближается к рассвету, я спустилась на первый этаж, в каминную, чтобы дождаться там возвращения Хеймича, но как оказалось, он уже вместе с Беркелем и еще тремя неизвестными мне людьми поджидал меня в этой комнате.
— Суэлен. Мы ждали тебя, проходи.
Я, почувствовала себя немного неловко из-за нахождения в компании уже взрослых и довольно — таки хорошо разбиравшихся в ведении политических дел мужчин. Присев на диван и, заметив, как Беркель, после моего прихода попытался отвлечься на какую-то вывешенную на стене картину, я решила не обращать на него никакого внимания, с трудом, не думая о нем.
— Суэлен, познакомься, это Димитрий, лесничий, которого Беркель встретил, когда на вас напали, — указав рукой на сидящего напротив меня старика, сказал Хеймич.
Димитрий принял вид доброжелательного человека, и, улыбнувшись мне и опустив голову, как мне показалось, в знак своего поклонения, выразил свое почтение.
— Рядом с ним сидят Аксель и Якоб, мои самые верные, разумеется вместе с Беркелем воины, — продолжил знакомить меня Хеймич с остальными, находившимися в комнате людьми.
— Мне очень приятно, — искренне улыбнувшись, сказала я им, после чего, невежливо, перебив Хеймича, добавила. — Мигель сказала, что у вас есть план. Расскажите мне о нем.
— Что ж, хорошо, — кивнул Хеймич. — Знаю, тебе такая идея может не понравится, но нужно, чтобы все выглядело правдоподобно.
— Мне понравиться что угодно, если это поможет увидеться с моими сестрами, — ответила я на доводы Хеймича. — В любом случае, если что-то пойдет не так, я смогу защититься.
— Дело сейчас не в храбрости, а в твоей готовности помочь нам, — вмешался Беркель, что снова разозлило меня. — Один неверный шаг и план насмарку.
— Беркель не кипятись, — спокойно отвел Хеймич. — Суэлен должна быть готова ко всему, вдруг на пути к городу, на них нападут…
— На них? — переспросила я. — Вас не будет с нами?
— Для начала послушай, — сказал Хеймич, после чего начал оглашать план. — Через несколько дней весь Хендстон будет отмечать день рождения первого правителя, родившегося триста восемьдесят пять лет назад. Для нашей, как и для любой другой страны это священный праздник, который народ и правители отмечают вместе.
— Что значит вместе? — спросила я.
— Каждый год мы с отцом и Анжели ездили в город и устраивали праздничные мероприятия для народа, — продолжил Хеймич. — Хоть моя сестра по-прежнему носит траур, этот праздник она не должна пропустить.
— Мне тоже нужно будет там быть? — поинтересовалась я.
— Димитрий, Беркель и Якоб с Акселем будут там, вместе с тобой, чтобы проследить за ходом нашего плана.
— Но разве увидев Беркеля и остальных, Анжели не узнает их?
— Беркеля она, несомненно, узнает, поэтому он будет скрываться. Но Якоб и Аксель служат во дворце у сестры, она не знает, что они тайно поддерживают мою сторону, — объяснил Хеймич, а за тем продолжил. — Ты будешь одета как бедная, и попытаешься украсть мешок с деньгами у Димитрия, но неудачно, после чего на площади, где будет праздник, вашей задачей будет привлечь внимание толпы, чтобы Анжели захотела сама вмешаться. Димитрий представит тебя как воровку, и тем временем, твои сестры и Димонт, которые, без всякого сомнения, будут там, узнают тебя.