Он осёкся, едва не сказав “рядом с тобой”.
Дэвид вдруг порывисто схватил его за руку.
- Тогда я тоже трус, Диус. Не ты один здесь бежишь. Ты заговорил о моём вступлении в анлашок… а мне немного страшновато, когда об этом говорят, тем более когда говоришь ты. В анлашок надо вступать готовым, с чистым сердцем, свободным от страхов! А моё не свободно. В моём страхов слишком много. Страх оказаться недостойным, бесполезным, ни на что не годным… Жалкой тенью великих имён. Страх за тебя… ты мне как брат, Диус. Но у тебя свой путь, своя судьба. Я не смогу по своей прихоти удержать тебя от того, чтоб следовать им. Я не могу желать, чтоб ты просто всегда был рядом. Но именно этого я преступно желаю. Тогда я ненавидел Центавр - зная об опасностях, которые ждут тебя там, видя его некой тёмной силой, сгущающейся у тебя за спиной, жаждущей поглотить тебя… Мог ли я с этим встать на путь служения? И я не колеблясь пошёл в бой за твою родину… я полюбил её, но по-прежнему не могу тебя отпустить. Хотя и понимаю, что это глупо и недостойно… И даже если ты уйдёшь… когда ты уйдёшь… я не отпущу тебя в своём сердце, на нём никогда не будет покоя. Я глупый испорченный ребёнок, и я не знаю, что с этим делать. Я понимаю, что прямо сейчас я - плохой солдат, и кинулся бы с радостью куда угодно - на Центавр, на Тучанкью, в любой из отсталых миров, в любую богом забытую дыру… чтобы сбежать от необходимости. Чтобы отсрочить. Что ж, это, по крайней мере, имеет смысл и должно принести пользу… И ты тоже будешь там. Может быть, и полное безумие, но мы бежим вдвоём.
Дэвид сел на мраморный парапет и закрыл лицо руками. Винтари тихо опустился рядом. Фонтан жизнерадостно шумел за спиной, ветер доносил до них мелкую водяную взвесь.
Бежать вдвоём… Понятное дело, это не может продолжаться вечно, но голос слабости, голос стремления защитить самое себя твердит, что лучше думать о том, что это удалось хотя бы сейчас. А там посмотрим. Там, может быть, ещё что-нибудь подвернётся. Будем жить сегодняшним днём…
А дальше? Сколько будет этих отсрочек? Рано или поздно о нём вспомнят… Рано или поздно вернут заблудший элемент в систему. Зачем, для чего? Нет, у них-то объяснение найдётся, а вот глобально? Увы, если мелкую дворянку Амину Джани не могли просто оставить в покое, для этого потребовалось личное распоряжение императора… Тем более это невозможно для наследного принца. Сделает ли Вир Котто такой же подарок для него? Определённо, у него не хватит духу просить об этом… Так что наверное, анлашок - единственный путь для него… Ему и так очень повезло, что столько времени всем было плевать на него. Но если Дэвид считает своё сердце недостойным - то что должен думать о себе он?
Но ведь может же… может же быть какой-то ещё выход? Может быть, кем-нибудь они могут стать, чтоб остаться обоим на Минбаре, чтоб не тревожиться друг за друга? Может быть, это будет менее достойно, может быть, их не поймут в этом… Главное - поймут ли они себя сами?
Дэвид рассеянно повертел на пальце кольцо - подарок Андо. Да, Андо, при всех своих проблемах и метаниях, хотя бы этой ошибки не совершил - он понимал, что в анлашок ему не место, и не пошёл, как ни уговаривал его лучший друг. Не пошёл, хотя многие ожидали от него подобного шага.
Винтари любовался площадью, прощаясь. Скоро, совсем скоро они покинут Минбар, кто знает, как надолго… Вряд ли дольше, чем была центаврианская кампания, но кто знает, кто может предугадать, чего ждать. Площадь Тафьел была не самым, но одним из его любимых мест. Эти фонарные столбы в виде стилизованных деревьев с цветами-фонарями, стволы украшены изображеньями раскрытых книг… Говорят, в трудный момент, если подойти к столбу, на который укажет взгляд, можно прочесть изречение, которое послужит подсказкой…
- Дэвид, но если ты не уверен, что хочешь быть рейнджером… Ты и не должен… Тебя не примут…
- И я не знаю даже, хочу ли этого. И хочу, и боюсь. Анлашок - это в действительности лучший выход для меня…
- Почему?
Мальчик горько усмехнулся.
- Потому что я дитя двух миров, двух культур… Анлашок - лучший способ остаться вне их обоих. От большинства моих страхов это, во всяком случае, спасало… Кроме страха за тебя - от всех…
- Мне казалось, это твоя мечта с детства.
Дэвид нервно повёл плечами.
- В детстве многое смотрится иначе. Нет, и сейчас… В конце концов, когда я смотрю на ребят, я понимаю, что они действительно счастливы, что они нашли свой путь… но мой ли это путь?
- Что ж, теперь есть совершенно законное время поразмыслить над этим ещё…
Он встал и двинулся к ближайшему столбу, Дэвид за ним. Нет, конечно, уверенности, что он сможет правильно прочесть древний текст, особенно эту сложную вязь, для непривычного особенно трудную.
“Когда стоишь в начале пути, который пугает тебя, с тобой должны быть три вещи - фонарь, щит и меч. Тогда, каков бы ни был этот путь, ты пройдёшь его с честью”. Ну да, пожалуй, вполне по ситуации…
- Фонарь в данном случае означает “свет веры в твоём сердце”, щит - “благословение отца”, или, если шире - “доброе мнение о тебе тех, кто провожает тебя в этот путь”, меч - понимание твоей цели, а так же внутренние ориентиры, с которых ты не сойдёшь, что бы ни было с тобой. Древние знаки, кроме прямого значения всегда куча добавочных.
- Ну тогда оно нам определённо полезно. Там, куда мы направляемся, тоже, как я понял, не привыкли изъясняться просто…
Комментарий к Часть 4. МАК И ВЕРЕСК. Гл. 2. Скелеты в шкафах
Вообще-то я, по идее, не должен был использовать тему тучанков. Новеллу я не читал (не нашёл её в переводе), и это всё-таки частное творчество, не сериальные события… Но что написалось, то пусть будет.
Гибриды - разумеется, чистая фантазия, но думается, если Г’Кар Лите в “Прибытии” не вешал лапшу на уши, то они просто должны были, хоть в небольшом количестве, существовать.
Новеллу, в которой упоминалась семья Г’Кара, я читал много позже, и она мне как-то не зашла. Учитывая предполагаемый возраст Г’Кара, одна малолетняя дочь - это ну как-то… маловато.
========== Часть 4. МАК И ВЕРЕСК. Гл. 3. Вопросы без ответов ==========
Следующие два дня были посвящены сборам. Кроме личных вещей, надо было ещё подумать, что из книг, инфокристаллов с собой можно взять. На этот счёт тоже не было никакой конкретики, предстояло самим решить, что из культурных богатств своих рас хотелось бы показать. Винтари в этом смысле было сложнее всего, он долго советовался с Аминой…
Долго не в силах решить, брать ли свою книгу-обзор по храмовой архитектуре, ещё не получившую всех необходимых рецензий, он решил посоветоваться со жрецами, и отправился в ближайший храм. В нём он уже много раз бывал с Дэвидом, и многих там знал. Дэвид, кстати, и сейчас был здесь, он узнал его голос издали, хотя и звучал он тише, чем голос его собеседника. Второй голос он спустя пару шагов узнал тоже - Ранвил, школьный друг Дэвида. Их обоих ещё не было видно - двор храма перегораживали широкие плиты монументов, и Винтари невольно замедлил шаг, размышляя, стоит ли прерывать их явно слишком личную беседу, и нельзя ли пройти как-то другой дорогой, чтобы они его вовсе не заметили.