- Или просто надеетесь, что мы забудем, кто мы? - продолжил первый.
- Как тебя зовут? - внезапно спросил Шеридан у этого, самого бойкого, ребёнка.
Вопрос привёл дилгарёнка в недолгое замешательство.
- Вы имеете в виду имена? Их у нас нет. Только номера. Я - А8-1. А8 - кодировка нашей лаборатории, 1 - номер моей капсулы. Имена нам полагалось дать позже, по итогам наших заслуг.
- Вот что, молодой человек. Можете считать меня старомодным, но у нас так не принято. Имена вы получите авансом, а заслугами как-нибудь потом отработаете. Если вам не безынтересно, дадите консультацию по традициям дилгарского имянаречия, в противном случае ваша дальнейшая самооценка будет зависеть от фантазии ваших опекунов и наставников. Сейчас вы будете временно размещены в здании Альянса, после чего Сьюзен, - он кивнул на подошедшую Иванову, - займётся вашим распределением по новым местам проживания.
- Распределением? По новым… местам? - на лице А8-1 мелькнуло беспокойство.
- Да. Не так мал Минбар, чтобы распределить по нему сто пятьдесят детей, а есть ещё колонии… Думаю, мы справимся. Да, я достаточно объективно вас оцениваю, чтобы понимать, что ваш страх возможной разлуки едва ли обусловлен сентиментальными соображениями. Но для наилучшей акклиматизации вас недопустимо держать всех вместе. Это как для изучения языка необходимо погружение в языковую среду без искушений общаться только с соотечественниками - история показала, что в эмигрантских диаспорах дети часто вообще не знают языка страны, в которой родились. Но потом им всё же приходится выходить за пределы их маленького мирка, и у них могут сложиться проблемы. Так что - для вашего же блага.
- Какой хорошенький! - Маркус потрепал по голове одного - светло-светло рыжего, почти персикового, - Сьюзен, давай этого к себе возьмём? Девчонки, думаю, рады будут. Помнишь, они досадовали, что медленно Уильям растёт… И им полезно будет, согласись, хоть попрактикуются в устной речи. Две дочки, два сынишки для ровного счёта…
Юный воин давно не существующей дилгарской армии был близок к обмороку…
- Думаю, ему надо дать аббайское имя, - заявила Софья, - он же родился на аббайской планете, так? Я знаю несколько очень красивых аббайских имён…
- Этих рыбоголовых? Нет уж! - мальчик невольно жался к стене, похоже, побаиваясь бойких девчонок.
- Они не любят, когда о них так говорят! - укорила Талечка.
- А я что сделаю, если они такие и есть! Жуткие уроды! Страшнее только дрази!
- Не понимают некоторые своего счастья. Вот оказались бы они не у аббаев, и вообще не было б Альянса - их бы убили, или ставили бы на них опыты!
- Сонь, нехорошо так говорить!
- Но это так! Благодарность-то элементарную нужно иметь!
- Благодарность? Вы просто непроходимо глупы, надеетесь использовать нас в своих интересах!
- Ой-ой-ой, и как, интересно? На что вы годитесь-то? Сам себе ведь поесть приготовить не сумеешь!
- Ну Сонь, он же не виноват, что у нас тут всё совсем другое, чем… И вообще, он и так нас боится!
- Боюсь? Я - вас, убогих?
- Может, мы и убогие с твоей точки зрения, но мы-то - телепаты, а вот вам, увы, ваши создатели эту способность передать не смогли. Так и не смогли, сколько ни пытались, отделить этот ген от генов врождённых заболеваний. Ничего не поделаешь, либо физическое совершенство, либо пси-способности, что-то одно. Правильно я говорю, Сонь?
- Ага. Видимо, ворлонцы так хотели поучить их уму-разуму, чтобы им приходилось терпеть среди себя больных и немощных. А если их пси-способности естественного происхождения - а я слышала, у дилгаров телепатов было очень-очень мало, не то что вон у нас - значит, это просто компенсация. Ну, когда ребёнок слепой или глухонемой, или всё это вместе, то у него развивается способность общаться мысленно, а если у него всё здоровое, вот как у него - так зачем ему это? Вот и получается, что теперь у дилгаров совсем не будет телепатов. Хуже, чем у нарнов, у тех хоть спящий ген…
Мальчик понимал, что вот так переговариваются между собой вслух они специально для него. Им ничего не стоило бы общаться мысленно. Это было как-то обидно, эти определённо низшие существа не то что не сознавали своей ущербности, но даже смотрели свысока на него. И сила не давала здесь преимуществ - если он побьёт их, его самого, чего доброго, побьют их родители… И, чего доброго, отошлют куда-нибудь, где условия будут хуже… Значит, придётся расположить к себе здесь хоть кого-нибудь…
Маленький шаттл с необычной пёстрой делегацией неспешно бороздил гиперпространство. Дорога, как это часто бывает, располагала к разговорам.
- Я слышал, - проговорил Брюс, - приземлиться на Тучанкью требует большого искусства. Планету почти целиком окружают плотные облака метеоритов и газа, что затрудняет связь… Часть этих глыб взорвали, расширив прозоры, но всё равно приходится месяцами ждать, пока источник сигнала совпадёт с таким прозором…
Зак кивнул.
- Да, это печально. Тучанкью много чем неудобное место, это одна из причин, почему Центавр таки от них отступился. Сложновато и дороговато стало её держать… И представляю себе, каково было центаврианам там, письмо домой просто так не пошлёшь и не получишь… Если тучанки пойдут на сотрудничество, мы, конечно, займёмся дальнейшей очисткой орбиты, а пока, конечно, придётся сложно. Ну, Мисси знает об этом, и не удивится, что я долго не пишу…
- Зак… Почему? Ну, почему вы вместе, ты и Мисси? Нет, не хочу сказать, что это как-то нехорошо, что Мисси чем-то нехороша, просто… странно, неожиданно.
Для Зака этот вопрос тоже был неожиданным, он долго молчал, пытаясь подобрать слова.
- Ну, с моей-то стороны всё, я думаю, просто. Мы с ней через то ещё приключение вместе прошли, и она… Женщина, Брюс, должна быть не просто чем-то, чем любуешься и налюбоваться не можешь, любоваться-то и издали можно… Мисси - идеальный товарищ. Ты разве не замечал? Есть вот люди, которые знают и умеют что-то очень хорошо, но только что-то одно. В чём-то другом их и спрашивать смысла нет. А Мисси можно попросить о помощи в чём угодно. Она много где бывала, что-то слышала, чему-то училась… Немного разбирается в оружии - разобрать-собрать, зарядить, да и стрелять, в механике - до степени мелкого ремонта, в лекарствах… Ей случалось перевязывать раненых, сбивать со следа шпионов, покупать у всяких тёмных личностей всякие штуки, о которых мы с тобой представления не имеем, да ещё и разбираться в них… И она, понимаешь, не сделает за тебя всю работу, но сможет помочь тебе хорошо её сделать. Это вот как… левая рука. Не ведущая, вроде бы, у большинства-то людей, а без неё трудновато. А ещё она… ну, всё и всегда стремится понять. И помочь. При том, что людей, казалось бы, не с лучших сторон видела. А не утратила чего-то вот такого… детского. Я думал, я ей должен глупым казаться… а не кажусь.
Брюс кивнул.
- Просто мне казалось, тебе другие женщины нравятся…
- Я, Брюс, не телепат, но догадываюсь, о чём ты, и сейчас тебя стукну. Нравятся - это немного не то слово… У меня тут, как бы, вопрос был… Ну, бывает, что у тебя как бы один большой вопрос к человеку. Только вот не факт, что тебе за всю жизнь на него ответят.
Комментарий к Часть 4. МАК И ВЕРЕСК. Гл. 3. Вопросы без ответов
В сериале хурры и гроумы вообще-то уже были, и надо думать, в Альянс могли войти. Но особо они не светились, не звучали, и здесь я их сделал недавно вышедшими на сцену расами. Просто чтобы не придумывать стопиццот новых, это и так потом придётся делать.
========== Часть 4. МАК И ВЕРЕСК. Гл. 4. Песня Сознания ==========
Только ты - туманы гор, брызги дождя в лицо,
Водопады, рождаемые поднебесными снежниками,
Берега блужданий в поисках вечности.
Только ты - знамя победы в мозолистых руках,
Тишина безбрежной глади, нарушаемая изредка
Взмахами крыльев, рожденными далекой песнею,
Эхом гуляющей по отрогам Нинчурта…
Только ты - камни , хранящие души шаманов,
Слепые ночи длящиеся бесконечно долго,
Рождая непостижимые картины бьющегося вдребезги времени и пространства.
Только ты можешь слышать меня через тысячи лет,
Придя на эту землю, дыша этим воздухом, слыша взмахи крыльев,