Пехота, поднявшись в атаку, спасает его.
Потом госпиталь. И конец войны.
Кузнецов провел 35 воздушных боев, сбил лично 12 и 15 в группе самолетов противника.
А как же звание Героя Советского Союза, к которому, судя по документам Центрального архива МО СССР (г. Подольск), Кузнецов был представлен? Он не получил его ни в 1943 году, ни после войны. Переписка Совета ветеранов полка с наградным отделом Главного управления кадров МО СССР, запрос горвоенкомата г. Геленджика, где сейчас живет Кузнецов, результатов не дали. Причины неприсвоения звания Героя остались невыясненными.
У меня есть материалы и копии с документов ЦА МО СССР, которые подтверждают суть рассказанного.
Еще осталась маленькая надежда, что когда-нибудь все-таки справедливость в отношении Кузнецова И. В. будет восстановлена. Кем — не знаю. Наши усилия бесплодны. Если, конечно, не будет поздно. О Филатове хлопотать уже поздно.
Два слова о себе. Фронтовик, семь лет в авиации, ветеран труда, имею боевые и трудовые награды, сейчас на пенсии, очень нездоров. С уважением Б. Медведев. Ленинград».
Кто помнит сейчас Алексея Прокопьевича Береста, легендарного лейтенанта?
Когда сержанту Егорову и младшему сержанту Кантария приказали укрепить на крыше рейхстага Знамя Победы, они, мало кто знает, вначале задание не выполнили. Доложили растерянно: «Не нашли выход на крышу». Капитан С. Неустроев, командовавший батальоном, приказал лейтенанту Алексею Бересту «обеспечить водружение Знамени Победы». Пробивались с боями, автоматчики расчищали им путь. Берест вывел знаменосцев к фронтону главного здания и на бронзовой конной скульптуре помог укрепить Знамя.
Через день Берест совершил еще один подвиг.
Оказалось, что в подвалах рейхстага засели фашисты, основные силы гарнизона — более тысячи человек, и 1 мая немцы дали бой, да такой, что рейхстаг заполыхал огнем и Неустроев получил приказ временно покинуть рейхстаг. Комбат, однако, принял другое решение — лучше погибнуть… С трудом превеликим немцев загнали обратно в подземелье.
Фашисты предложили переговоры. Но поставили условие: с советской стороны должен быть только генерал, в крайнем случае, полковник, поскольку во главе их генерал-лейтенант от инфантерии — комендант рейхстага.
Ни генерала с нашей стороны, ни даже полковника в рейхстаге не было. Выбор пал на… лейтенанта Береста. Манера свободно, с достоинством держаться и богатырский рост придавали ему внушительный вид.
Он побрился, надел трофейную кожаную куртку, прикрыв лейтенантские погоны. Адъютантом его отправился сам Неустроев — капитан, пять орденов на груди, честь по чести.
Они спустились в подземелье.
«Сейчас, через десятки лет,— вспоминает Неустроев,— скажу откровенно… мне было страшно… На нас были направлены дула пулеметов и автоматов. По спине пробежал мороз. Немцы смотрели на нас враждебно. В помещении установилась мертвая тишина.
Лейтенант Берест, нарушив молчание, решительно заявил:
— Все выходы из подземелья блокированы. Вы окружены. При попытке прорваться наверх каждый из вас будет уничтожен…
Встретивший нас офицер на ломаном русском заговорил:
— Немецкое командование не против капитуляции, но при условии, что вы отведете своих солдат с огневых позиций. Они возбуждены боем и могут устроить над нами самосуд…
Наш «полковник» категорически отверг предложение фашистов.
— У вас нет другого выхода. Если не сложите оружие — все до единого будете уничтожены. Сдадитесь в плен — мы гарантируем вам жизнь.
…И мы покинули подземелье. Пулеметы и автоматы смотрели в наши спины. Услышишь за спиной какой-то стук, даже шорох, и кажется, что вот-вот прозвучит очередь.
Дорога казалась очень длинной. А ее следовало пройти ровным, спокойным шагом. Нужно отдать должное Алексею Прокопьевичу Бересту. Он шел неторопливо, высоко подняв голову».
Куда запропал потом герой последних дней войны, где затерялись следы легендарного лейтенанта? Почему не Герой?
Как и Маринеско, был он ершист, я слышал, что тогда же он надерзил кому-то из штабных работников. Подробностей не знаю. Знаю лишь, что после войны жил Берест в бедности и забвении. Работал киномехаником в провинции. Как и Маринеско, был судим, и даже срок, кажется, получил тот же — три года. А в конце жизни совершил и третий подвиг.
Шел с внуком из детского сада. Мимо железнодорожных путей. На рельсах играла девочка. На нее мчался поезд. Александр Прокопьевич кинулся под колеса.