Библиотека в главном доме Никольского-Урюпина. (Не сохранилась). Фото начала XX в.
После библиотеки остальные комнаты Урюпина кажутся какими-то несодержательными. Анфиладу покоев дома замыкал будуар, где в пяльцах осталась еще не оконченная старинная вышивка. С другой стороны дома, окнами во двор, был расположен кабинет с типичной мебелью и, как водится, коллекцией чубуков и старинного оружия.
Здесь сохранился бюст кн. Н.Б. Юсупова, владельца Архангельского, где автор, скульптор Витали, с большим искусством передал стареющий облик екатерининского вельможи. В фарфоровых вазах стояли во всех комнатах цветы; на полированное дерево столов осыпались лепестки нежно-розовых и красных пионов. В 1929 году музей был упразднен, ведь он был для военного ведомства бельмом на глазу... Для него одного ли?
Кое-какие служебные постройки и нарядная, но несколько дробная по архитектуре церковь XVII века на селе дополняли усадьбу, уютно и скромно раскинувшуюся за большим прудом.
Вокруг Никольского лесные вырубки, такие точно, как на картинах Левитана, вырубки, где столько растет летом земляники... А кругом снова усадьбы, опустевшие и разоренные дворянские гнезда, упорные, несмотря ни на что, еще сохранившиеся памятники старины и искусства. Совсем рядом с Никольским-Урюпиным, почти слившись с деревней — село Поздняково, где стоит церковь XVI века времен Грозного, интересная своей звонницей, расположенной над западной стеной храма. Отсюда, из Позднякова, путь на Архангельское или Ильинское.
Другая дорога ведет по направлению в Петровское через усадьбу Степановское.
Степановское
Степановское мрачно и угрюмо. И не потому, что нависли на небе свинцовые тучи, набухшие дождем, не потому, что заглох парк и в руинах стоит дом. Верно, таков уж здесь genius loci* (*дух, покровитель местности (лат.).). Старый дом, по-видимому, никогда не был достроен. Собственно, обитаемой была лишь средняя часть его — на садовом фасаде полукругом выступающая башня. Нечто близкое к этому — в Богородицке Бобринских, в Больших Вязёмах Голицыных, в Михайловском Шереметевых. Только здесь все проще, без украшений, без излишних архитектурных деталей. Впрочем, и средняя, жилая часть дома рухнула после 1917 года. Осталась на его месте лишь груда кирпичей, верно, теперь и этот старый добротный кирпич пригодился как строительный материал. Ведь в 1923 году единственным мерилом полезности сооружения являлось качество заложенного в нем кирпича, и любые памятники искусства в усадьбах, да, впрочем, и во многих городах, могли быть простым росчерком пера назначены на слом...