– Мы просили о непосильном?
– Нет, – глухо отозвалась я, опустив голову еще ниже.
Я прекрасно понимала, что натворила. Происшествие теперь навсегда останется со мной.
– Мы не можем разрушить все, что у нас есть, – продолжала громко говорить родительница.
– Да, не можем, – выдохнул отец.
Только выдохнул он не с сожалением или грустью. Отец выдохнул с пренебрежением. На меня родитель даже не смотрел. Пренебрежительно фыркал на каждую фразу своей жены и поддакивал. Меня же он игнорировал, будто я прокаженная.
– Мы вычеркнули тебя из нашего рода, – решительно заявила женщина. – Дам тебе пять золотых на первое время, а дальше уже сама.
Меня будто в ледяную воду опустили. Шок от слов не позволил вымолвить и слова. Меня решили выгнать из рода? Уже выгнали. Как же… Я же их дочь… Я же…
В тот миг в первый раз в жизни я подумала о чувствах моих родителей ко мне. Раньше у меня не было времени рассуждать о чужих эмоциях. Я постоянно придумывала, создавала, прорабатывала, выпускала в продажу и все начиналось сначала. Каждые два месяца была новинка, каждые полгода – серьезное обновление. У меня не было времени думать о чем-то еще. И только в этот момент я осознала, что родителям-то особо и не нужна была никогда. Лишь мой дар. Они так просто вычеркнули меня из своей семьи и на жизнь собирались дать жалких пять золотых.
– Как же, – воскликнула появившаяся в комнате Ингрид – моя старшая сестра. Она, как и всегда, была одета в лучшие свои наряды, светилась нежностью и великолепием. Моя любимая старшая сестра всегда меня выручала. И сейчас она решила вступиться за меня, хоть я и не была достойна такого поступка.
– Как же можно вычеркивать Аню из рода? – продолжила говорить Ингрид, закрывая меня собой от пронзительного взгляда матушки. – Она же моя сестра! Она ваша дочь!
– Не смей пререкаться с родителями! – отрезал отец. – Иди в свою комнату и не выходи до завтрашнего утра! Иди живее!
Ингрид вместо указанного, развернулась ко мне и прижалась в объятии. Задержалась всего на миг, а после, как и велели, убежала на второй этаж, попутно смахивая слезы с щек.
– Довольно этих нежностей, – рявкнул в который раз отец. – Вещи можешь не брать. Все равно не продашь. Вот тебе монеты и можешь убираться из нашего дома! Уходи! Сейчас же! Я не могу больше выносить твоего присутствия в доме! Ты осквернила его своим ослушанием!
– Анна? Анна! АННА! – прокричали рядом и схватили меня за руку.
– Не трогай меня! – воскликнула я, что было сил и открыла глаза.
Дмир, перегнувшись через меня, смотрел в лицо и держал за руку. В его глазах плескалась жалость и сочувствие.
– Извини, – хрипло ответила парню и отняла свою руку из его захвата. Дмир же прокашлявшись, принял свое изначальное положение. Я же потерла лицо руками, приходя в себя. Это был всего лишь сон, а будто снова пережила ужасный момент в своей жизни.
Уже наступила ночь, но, к счастью, в этот раз без снегопада. Тележка продолжала медленно двигаться вперед по лесной дороге, старик продолжал управлять лошадью, Дмир продолжал обогревать всех на тележке, то и дело перекидываясь со стариком ничего не значащими фразами. Все были заняты своими делами.
Я закуталась в пальто теснее, но не от холода, а от неприятных ощущений. Эмоции от воспоминаний отголосками осели на мое сердце, тяжело давя на грудь. Я шумно выдохнула, стараясь переключиться на снежный покров округи.
– Ты… плакала во сне, – заколебавшись произнес парень, смотря на яркую луну на небе.
Плакала? Да я не плачу вот уже… Действительно плакала… Ладошка нащупала на щеках дорожки от слез.
– О чем был сон? – продолжил интересоваться мужчина, не поворачиваясь ко мне.
– Не помню, – отмахнулась от парня.
Дмир громко усмехнулся и повалился на сено, закинув руки за голову.
– И чего ты такая зажатая…, – горестно выдохнул сосед по телеге. – Слишком много тараканов в твоей головке.
Отвечать я не собиралась. К тому же его игривый тон голоса сквозил насмешкой. Какой вообще смысл рассказывать ему хоть что-то, если позднее он это просто-напросто высмеет? Да и каждый из нас пойдет своей дорогой совсем скоро, потому эти знания ни к чему.
– Куда мы едем? – перешла я на другую тему.
– Ооо, – расхохотался Дмир. – Ты настолько мне доверяешь, что готова идти за мной не смотря на указатели?
– Прекрати паясничать, – вышла я из себя, повернувшись всем корпусом к мужчине. – Я серьезно у тебя спрашиваю, и не хочу, чтобы мне отвечали тоном клоуна. Неужели ты вот такой настоящий? Будь хоть чуточку серьезнее!
Дмир резко приблизился ко мне, обдавая запахом горького шоколада и выдохнул в губы: