Я замерла. На долю секунды — словно сердце перестало биться.
— Ты шутишь? — усмехнулась я, добавив чуть больше дерзости в голос, чем собиралась. — Кто же ещё?
— Шучу-шучу, не злись, — отмахнулась она, но изучающий взгляд остался. — Просто... ну ты знаешь. Тут у нас и не такое случалось.
— Вера! — раздался крик со сцены. — Ты идёшь или нет?!
— Уф, извини, работа зовёт! — Она шагнула в сторону сцены, но обернулась на ходу. — Поговорим позже, Карла. Я правда очень рада тебе.
И прежде чем я успела что-то сказать, она исчезла в полумраке.
Я осталась одна. Вера — первая, кто по-настоящему почувствовал подвох. Слишком много чужих связей, слишком мало времени.
Каждый разговор, как звено цепи, втягивал меня глубже в чужую жизнь. Карла оставила за собой слишком много следов, слишком много имён, слишком много людей, которым могла перейти дорогу.
Кто из них желал ей зла? Мила? Кристиан? «Папик»? «Пушистик»? Этот «экономист»? Слишком много вариантов, а времени у меня было слишком мало. Как только я забирусь на этот шест, моя игра закончится. Все сразу поймут, что я не Карла.
Глава 16. Стив.
— Какого чёрта я велел ей снять свитер? — прорычал я сквозь зубы и захлопнул дверь кабинета с такой яростью, будто один только грохот мог стереть засевшее в голове наваждение.
С момента, как мы вышли из дома, её образ не отпускал. Всё в ней было... неправдоподобным. Слишком невинным, слишком не Карла. И в то же время — именно Карла. Она согласилась танцевать стриптиз, хотя и не без усилий. Это должно было подтвердить, что она Карла И всё же...
Что-то не сходилось.
То ли время её изменило. То ли роды. То ли моя собственная память решила сыграть со мной злую шутку. Тело, которое я помнил — живое, горячее, близкое — теперь казалось почти нереальным, как статуя, которой захотелось дышать. Но дело было не только в теле. Глаза.
В них было что-то другое. Сила и уязвимость, спрессованные в один взгляд. И этот взгляд разъедал меня изнутри.
Мысли взорвались от короткого, звонкого удара.
Погремушка. Прямо по лбу.
Не больно — просто неожиданно. Достаточно, чтобы вернуть меня в реальность. Виола — маленький хаос с кудряшками и железной волей — вывернулась у меня на руках и потянулась пальцем прямиком мне в глаз, как будто хотела сказать: "Хватит думать о глупостях. Думай обо мне."
—Нора, у тебя есть дети? — рявкнул я, перехватывая Виолу, которая как мини-торнадо вырывалась у меня из рук.
Нора заглянула в кабинет, остановилась на пороге, уставившись на нас, будто мы материализовались из другого измерения. Её взгляд медленно скользнул от моего лица к ребенку, потом к розовой сумке с утятами, болтающейся на моём плече.
—Да... — протянула она, нахмурившись, — а что происходит?
—Отлично. Значит, ты знаешь, как с ними обращаться, — сказал я с уверенностью человека, который совершенно не знал, что делает. И вручил ей Виолу.
—Стив... у тебя младенец. Откуда?! — Нора держала ребёнка на вытянутых руках, как будто тот мог взорваться. Брови взлетели ей к самой линии роста волос.
—Это дочь Карлы. Виола. В сумке всё, что нужно, — бросил я, ставя сумку на стол, будто это был отчёт о прибылях и убытках.
—Карла?! Ты... нашёл её, чтобы танцевать вместо Лимы? — в её голосе звенело подозрение, а не удивление.
—Нет. Я не идиот, чтобы её искать. Она сама пришла. Просила о помощи, — процедил я, удерживая раздражение.
Я специально не сказал ей про возможное отцовство — ни слова. Сам пока не переварил. Тем более, не собирался устраивать пресс-релиз для Норы — если ей сказать, через пять минут вся кухня будет знать, чей ребёнок сидит у босса на плече.
Нора прищурилась, словно пытаясь вычислить, в каком месте я сломался.
—После всего, что она натворила, ты просто согласился? Стив, ты либо сошёл с ума, либо всё ещё на что-то надеешься.
Я сделал глубокий вдох и выдал ровным, почти ледяным тоном:
—Следи за языком. Я всё ещё твой начальник. И на дворе, между прочим, Рождество и всё такое... К тому же ребёнок не виноват в ошибках матери.
Нора фыркнула, но Виолу всё-таки прижала ближе к себе — с осторожностью, но и с каким-то почти инстинктивным теплом.
—Если ты думаешь, что я поверю в твою рождественскую благотворительность — ты безнадёжен, — буркнула она.
—Спасибо, Нора. Просто побудь с ней, пока я работаю, — сказал я, уже разворачиваясь. — Будь человеком.
И, не дожидаясь её ответной тирады, вежливо, но твёрдо указал ей на выход. Кабинет захлопнулся с мягким щелчком, а у меня наконец появилось пару минут тишины... которые я точно не потрачу на спокойствие.
Я устроился в кресле, откинувшись на спинку с привычной ленцой, и включил мониторы наблюдения. Первоначальный план был прост — проверить, как идёт подготовка зала к Новогоднему празднику. Обычная рутина, ничего личного. Но едва изображение высветилось на экране, как вся мыслительная деятельность замерла.