Неужели она изменилась?
Может, материнство сгладило её острые углы?
Но даже в этой мысли таилась тень сомнения, которую я не мог игнорировать.
Виола издала тихий лепет, и Карла посмотрела на неё с теплотой, которую я раньше за ней не замечал.
Это было странно.
На мгновение я забыл обо всём остальном.
Почти.
Карла оставалась собой. А с ней неожиданности подстерегали за каждым углом.
Глава 4. Ирен
— Чего уставился? — спросила я, пытаясь не выдать дрожь в голосе. Его взгляд был слишком пристальным, слишком цепким. Будто видел меня насквозь. Словно чувствовал — что-то не так. — Не надейся. Между нами ничего больше нет. Нас связывает только дочь. И то — временно.
— Какая ещё дочь? — его голос резанул холодом. Спокойный, ледяной — как приговор. — Я уверен — она не моя. Сколько ей месяцев?
— Скоро девять, — ответила я ровно, как могла. Нужно держаться. Не показать ни капли сомнения.
Он зло усмехнулся.
— Девять? — прищурился. — Когда мы последний раз спали вместе? Или ты решила, что я идиот и поверю в беременность длиной в год?
Он сделал резкий жест рукой, будто отсекая любые оправдания.
— Послезавтра — в клинику. Тест ДНК. После этого — уберёшься отсюда вместе со своим ребёнком. Навсегда.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Нужно было оставаться спокойной. Я готовилась к этому разговору. Репетировала его в голове десятки раз.
Я ведь сама выбрала эту роль.
Я не знала наверняка, отец ли он Виолы. Но слишком много совпадений. Перед смертью Карла часто кому-то звонила — абонент был записан как «С.Р.». Потом я узнала — владелец клуба, где она работала, — Стив Рейн. Слишком подозрительно.
Но сейчас он вел себя так, будто и слышать не хочет о возможном отцовстве.
— Конечно, — усмехнулась я натянуто, играя роль до конца. — Сделаем тест. Если тебе так хочется правды — плати сам. У меня на это нет денег.
Его глаза сверкнули злостью.
— Правды?! — рявкнул он так, что Виола вздрогнула у меня на руках. — Ты пришла ко мне в дом с ребёнком и пытаешься навязать его мне! Думаешь, я не знаю таких, как ты? С кем ты только не спала ради денег!
Я еле сдержала дрожь. Но заставила себя ответить спокойно:
— Я сказала — тест сделаем. Тебе надо — ты и оплачивай. А пока — мы остаёмся здесь. Я знаю, что результаты быстро не получить. Так что привыкай, Стив. Хоть тебе это и не нравится.
Его губы сжались в тонкую линию.
— Почему именно я? — медленно спросил он, глядя на меня с недоверием и презрением. — Почему выбрала меня для своей жалкой аферы?
Я выдержала его взгляд. Хотя сердце стучало так громко, что казалось — он услышит.
— Потому что уверена — ты отец Виолы, — произнесла я хрипло.
— Не может быть, — холодно ответил он. — Я всегда предохраняюсь.
Я пожала плечами, изображая безразличие.
— Бывает и хуже. Ничего идеального в жизни нет. Или ты думаешь, твоя удача бесконечна?
Он смотрел на меня долго. Пристально. Будто взвешивал каждое моё слово. Будто проверял — не дрогну ли.
— Хорошо, — медленно произнес он. — Сделаем тест. Если по какому-то чуду окажется, что эта девочка — моя... всё изменится.
Его голос стал другим — жестким, почти властным.
— Я признаю её официально. Она получит мою фамилию. Я обеспечу ей всё, что нужно.
Он сделал паузу.
— Но если ты врёшь... — его глаза сузились, а голос стал опасно тихим. — Тебе лучше исчезнуть. Навсегда.
От его тона по спине пробежали мурашки. Стив не кричал — он говорил тихо, отчеканивая каждое слово с такой злой уверенностью, что становилось не по себе. Его выражение лица не оставляло сомнений — это не была пустая угроза. Это был приговор.
Но я не могла отступить.
Правда была где-то рядом. Я чувствовала это каждой клеткой. И пусть путь к ней — это минное поле, я уже ступила на него. Назад дороги нет.
Однако лезть на него нахрапом было глупо. Я видела, как в его взгляде что-то мелькнуло — странное, чужое, когда я кормила Виолу. Может, стоит надавить на другие точки. Более мягко. Более по-женски.
— Что? — закатила я глаза с показным раздражением. — Признай уже честно: несмотря на то, что ты меня выгнал и стер из жизни, всё равно не можешь забыть. Сто раз пожалел, что выгнал меня из клуба. Верно?
— Правда? — холодно бросил он, скрестив руки на груди. Его поза была откровенно угрожающей. — Ты даже не представляешь, в какую задницу ты меня загнала своей выходкой. После всего... как у тебя вообще совести хватило явиться ко мне?
— Потому что жизнь накрыла, Стив, — пожала я плечами, делая вид, что мне плевать. Хотя внутри всё скребло тревогой. — Очевидно же, что нам некуда идти. Просто смирись. Думаешь, мне в кайф жить под одной крышей с тобой? Я просто хочу найти работу и устроиться нормально в этом городе.