В груди что-то перекрутилось, сжалось.
— Значит, моя помощь больше не нужна? — спросил я, сдерживая горечь. — Когда не было никого — ты пришла ко мне. Самый удобный вариант, так?
Ирен поставила ложку на блюдце с лёгким звоном и подняла глаза. Лицо стало жёстким.
— Ты правда считаешь, что это было просто? — голос её был тихим, но резким. — Ты понятия не имеешь, через что мне пришлось пройти.
Она молча придвинула мне чашку. Казалось, спорить ей больше не хотелось.
— Ты не станешь мстить мне за то, что я солгала?
— Солгала?! — вырвалось у меня.
Ирен отвела взгляд, прикусив губу. Я стиснул зубы, стараясь удержаться.
— Если я пойму, почему ты мне врала, — сказал я медленно, — возможно, смогу это принять.
Она кивнула и опустилась на стул рядом.
— Мы с Карлой были похожи внешне… но внутри — полные противоположности. Мы не были близки. Даже не были подругами, — её голос дрожал, но она продолжала. — После консерватории я не знала, чем она живёт. Когда она неожиданно вернулась домой, мама попросила меня съехать. Карла была беременна, а места в квартире всем не хватило бы. Я уехала, сняла квартиру.
Пауза. Она поднялась, налила себе кофе.
— А потом Карла пришла ко мне. Впервые в жизни я видела её испуганной. Она всегда была отчаянной, лезла в неприятности, — Ирен горько усмехнулась. — Но в тот вечер я впервые увидела в её глазах страх. Она говорила, что Виола — это проблема. Сказала, что, если бы не беременность, давно бы сбежала… на какой-то остров.
— Какой остров? — спросил я.
— Не знаю. Только сказала: "Там у меня начнётся другая жизнь". И попросила спрятать конверт.
— Про конверт я знаю. Уильям рассказал.
— Когда через пару часов мама позвонила и сказала, что Карлу сбила машина… я сразу подумала — её убили. Всё из-за Виолы. Я решила, что её рождение мешало отцу девочки.
Ирен опустила глаза, голос её сорвался.
— Я думала, что это был ты…
По спине пробежал холодок.
— И думая так, ты всё равно пришла ко мне? Ты сумасшедшая? — удивился я.
— Нет. Просто у меня не было другого выхода. К тому же я хотела посмотреть на твою реакцию, — пробормотала она. — Я не была уверена, что ты — отец Виолы. Но нашла визитку, потом детектив сказал, что Карла работала в твоём клубе и была твоей любовницей. Всё складывалось, хотя… результат теста удивил меня. Поэтому выдавала себя за Карлу. Если бы я пришла как её сестра с поддельным свидетельством о рождении Виолы — ты бы даже не открыл дверь.
Глупая. Наивная. Но, чёрт возьми, она была права. Я бы так и поступил.
Я провёл рукой по лбу, пытаясь выстроить мысль.
— Почему ты в итоге исключила меня из подозреваемых?
— Ты был добр… казался искренним. И Виола тебе понравилась, — прошептала она.
— Добрым? Я бы так не сказал.
— Может, и не вёл себя приветливо, но… убийца не пустил бы меня на порог. А потом ты купил игрушки, еду… Я видела, что тебе не всё равно.
Я сжал губы.
— Я бы очень хотел иметь ребёнка, — сказал я неожиданно для себя. Сделал паузу. — Не буду врать: вряд ли стал бы идеальным отцом с первого дня. И если бы матерью оказалась Карла — радости бы не испытал. Но… я бы не оставил её одну.
Я говорил честно. Может, даже слишком.
— Скорее всего, я помогал бы финансово: врачи, жильё, всё нужное. Но при любых обстоятельствах потребовал бы тест ДНК. Карле я не верил бы на слово. Она могла использовать ребёнка, и я бы проверил всё, прежде чем сделать хоть шаг.
— Знаю и не осуждаю, — ответила она.
— Ты уверена, что это было убийство? — спросил я, вернувшись к теме нападения. — Полиция так не считает.
— А ты веришь, что они вообще искали правду, Стив? Дело закрыли в ту же неделю. Сказали — несчастный случай. Но после того, что случилось вчера… — она замялась, — мне страшно.
— Кто-то пытался тебя запугать?
Она кивнула.
— Детектив сказал: "Беги". Но я не могла. После смерти Карлы всё пошло под откос. Я просто… хотела найти виновного. Хотела понять, почему всё разрушилось.
— Ты ещё кого-то подозреваешь?
— Да… и нет. Я точно знаю: Карла не была виновата в аварии, это было подстроено.
Я опустил взгляд.
— Ты права. Уильям добыл видео. Там ясно видно — Карлу убили, но не видно кто.
Ирен затаила дыхание.
— Я не знаю, чем тебе помочь, — тихо сказал я.
— Что? — резко спросила она. — Теперь, когда узнал правду… ты хочешь подать на меня в суд? Отобрать Виолу?