В его голосе звучало искреннее раскаяние. Он редко извинялся — и это что-то значило.
Я смотрела на него. Остаток обиды таял.
— Ну… Я тоже была неправа, — сказала я, опуская взгляд. — Я накричала без повода. Просто… злилась. Но не только на тебя. И на маму тоже.
— На маму? — Он нахмурился, сбитый с толку.
Я кивнула, сдерживая вздох.
— Она сказала ужасное о Карле. Что уговаривала её шантажировать любовников беременностью. Некоторые платили, чтобы избежать скандала. Но был один… один не заплатил. Он пообещал жениться.
Я подняла глаза. Заставила себя смотреть прямо.
— На секунду я подумала, что это был ты.
Лицо Стива застыло. Внутри него словно что-то оборвалось.
— Опять? — выдохнул он. В голосе — усталость, обида, сдержанная ярость. — Ты правда думаешь, что я мог…
Я видела, как напряглась его челюсть, как сжались кулаки.
Тишина сгустилась — тяжёлая, вязкая. Но в ней было что-то важное. Мы приближались к истине — сквозь боль, сквозь трещины недоверия.
— Ладно, — наконец сказал он и провёл рукой по затылку. — Я не хотел говорить… пока не было доказательств. Но я слышал, как Вера говорила с сообщником. Они обсуждали твоё похищение. То, что пошло не по плану.
Меня будто окатили ледяной водой.
— Вера?.. — мой голос сорвался. — Зачем ей было… меня похищать?
— Не тебя, — медленно сказал он. — Карлу. Она думает, что ты — это она. Думает, ты изменила имя.
И… я почти уверен — Вера хотела, чтобы Карла умерла.
Меня пронзила дрожь. Воздух вырвался из лёгких. Каждое его слово било в грудь, будто кулаком.
— Этого не может быть… — прошептала я. — Она ведь была её подругой.
Но внутри я уже знала: всё может быть.
Глава 46. Стив.
— Вера? — переспросила Ирэн, хмурясь. Её удивление было искренним, неподдельным. — Никогда бы не подумала на неё. Она ведь казалась... ну, нормальной. Приветливой даже. Сохранила вещи Карлы. Не то что другая... как её... Мила. Та прямо в лицо говорила, что ненавидит меня. Вернее, Карлу.
— Те, кто открыто признаются в ненависти, как правило, ничего не делают, — усмехнулся я, разваливаясь на спинке дивана. — А вот те, кто улыбается в глаза...
Я не договорил. Но Ирэн поняла.
— Ты ведь сама недавно сказала, что мой отец мог убрать Карлу, чтобы оградить меня от её пагубного влияния. Но клянусь, он бы и пальцем не пошевелил. Ему плевать на меня. Когда я ушёл из дома и сказал, что с этого момента я буду жить так, как считаю нужным, он вычеркнул меня из списка наследников, выгнал из совета директоров нашей семейной фирмы, к становлению которой он особого отношения не имел… Он скорее убрал бы меня, чем помог.
Я замолчал. Ждал, что Ирэн отреагирует. Но она молчала, уставившись в пол. Мысль, похоже, утащила её далеко отсюда.
— Почему Вера так ненавидела Карлу? — вдруг спросила она. Но интонация выдала не просто любопытство. Там было что-то глубоко личное. Словно она давно искала ответ.
— Не знаю. Зависть? Карла была на виду. Любимица зала. Умела соблазнять, держать внимание. А Вера... Вера оставалась в тени. Даже Мила — та, кто не лез в интриги, не спала с клиентами, просто танцевала — была заметнее. Вера не терпела этого. А Карла была воплощением всего, чего у неё не было. Наверное, это и съедало её изнутри.
Ирэн кивнула, но глаза её оставались настороженными. Что-то она продолжала прокручивать в голове.
— Подожди. Вера однажды сказала, что Карла собиралась замуж за какого-то "Папика". И мама тоже что-то бормотала о предложении. Думаешь, это один и тот же человек?
— "Папик"? — поморщился я. — Половина клиентов клуба подходит под это определение. Ты имена помнишь?
— Нет, вернее, Вера называла "Экономиста" и "Пушистика".
— Ну, этих я знаю. — Я потер подбородок. — "Экономист" — давний клиент, но очень занятой, так как занимает очень высокий пост, вечно в разъездах. Редко появляется. Контракты, деловые встречи... Весь такой серьёзный. А "Пушистик" — обанкротился год назад, не смог заплатить членский взнос. С тех пор в клубе его не видели.
Я горько усмехнулся. Было в этом что-то болезненное. Именно с "Пушистиком" Карла впервые мне изменила. Вернее, он был первым любовником, о котором я узнал.
— В любом случае, — продолжил я, — ни тот, ни другой на убийцу не тянут. Свои закидоны у них были, конечно. Но они скорее... эксцентричные, чем опасные.
Ирэн скрестила руки, обхватив себя. Я видел, как в её голове собирается картина — как медленно слипаются обрывки информации в нечто цельное.