Уильям молча убрал телефон, его лицо было холодным, как сталь.
— Теперь мы знаем, где она, — сказал он, голос глухой, но уверенный. — Один из моих людей уже на месте. Но нам нужно сообщить в полицию.
Облегчение вспыхнуло — и тут же погасло. Слишком рано радоваться.
— Где она? — спросил я, с трудом сдерживая голос. Он дрожал.
Уильям посмотрел на меня, будто взвешивал, стоит ли говорить правду сразу.
— В том же доме... — наконец произнёс он. — Где мы потеряли Веру. Тот фургон заехал именно туда. Мой человек подтвердил.
Мир будто дернулся. Меня охватила леденящая дрожь.
— Мы не можем ждать. — Мои слова прозвучали твёрже, чем я сам ожидал. — Мы должны ехать туда немедленно.
— Стив... — Уильям тяжело вздохнул, пытаясь говорить спокойно. — Если мы ворвёмся туда без плана, можем только всё испортить. Мы не знаем, кто внутри. И что они сделают с ней, если почувствуют угрозу.
Я смотрел на него, но уже ничего не слышал. Всё внутри горело — страх, злость, отчаяние. Я не мог больше стоять на месте.
— Звони в полицию, если хочешь. Но я не собираюсь ждать.
Развернувшись, я зашагал к машине. В груди колотилось, будто времени совсем не осталось.
Уильям догнал меня.
— Подожди. — Он положил руку мне на плечо. — Ладно... Я с тобой. Но сперва — отвези Виолу к Мари. Ты не можешь взять её с собой. Это слишком опасно.
Я молча кивнул. Он был прав. Но сердце моё уже мчалось вперёд, туда, где была Ирэн. Мысли крутились только вокруг одного: успеть. Прежде чем станет поздно. Прежде чем всё повторится — уже без шанса на спасение.
Глава 48. Ирен.
Я нашла сумку именно там, где и оставила — на скамейке в парке. Никто не тронул её, вероятно, потому что поблизости было людно: дети играли, взрослые беседовали. С облегчением я схватила её и поспешила назад, надеясь как можно скорее вернуться в кафе.
Я не успела пройти и нескольких шагов за пределы парка, как внезапно почувствовала за спиной движение. Обернуться не успела — чья-то рука резко и грубо дёрнула меня назад. В тот же миг к лицу прижалась мокрая ткань с резким, едким запахом.
Я пыталась бороться, вырваться, закричать, но первый вдох обжёг горло и лёгкие, словно внутри вспыхнул огонь. Мир закачался, потемнел. В голове закружилось, всё тело обмякло, а сознание, будто сорвавшись с края, провалилось в бездну.
Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем сознание начало медленно возвращаться. Первое, что я ощутила, — тупую, давящую тяжесть в голове. Я была оглушена, тело налилось свинцом, каждая попытка пошевелиться казалась невозможной. Вокруг царила тьма — не только внутренняя, но и физическая. Моё лицо было накрыто чем-то — плотной тканью или мешком.
Я дёрнулась, пытаясь освободиться, но запястья оказались туго связаны за спиной. Жёсткие перекладины стула врезались в спину. Паника подкатила волной. Сердце забилось с такой силой, что стук отдавался в висках. Дыхание участилось.
В помещении стояла гнетущая тишина — пока её не нарушили приближающиеся шаги.
Я замерла, затаив дыхание. Понятия не имела, где нахожусь, кто эти люди и чего они от меня добиваются. И самое страшное — если они приняли меня за Карлу… поверят ли, что ошиблись?
Шаги стихли прямо передо мной. Наступила пауза — долгая, напряжённая. Затем кто-то резко сорвал мешок с моей головы. Даже тусклый свет резанул глаза, и я инстинктивно зажмурилась.
Когда зрение прояснилось, я увидела её. Вера стояла у двери, скрестив руки на груди, наблюдая за мной с холодным спокойствием. Но взгляд мой тут же притянул мужчина, стоявший ближе всех. На вид около сорока. Его лицо выражало нечто, что было трудно описать — смесь удовлетворения, усталости и чего-то гораздо более опасного.
— Какое разочарование, Карла, — произнёс он с наигранным сожалением, слегка склонив голову. На его губах играла жестокая, почти насмешливая улыбка. — Не думал, что поймаю тебя так просто.
Я молчала. Во рту пересохло, сердце грохотало, как барабан, — казалось, его стук разносится по всей комнате.
Он тяжело вздохнул, как будто искренне устал от этой игры. Начал медленно обходить меня, не сводя глаз. Его взгляд был пронзительный, хищный, изучающий.
— Дай угадаю, — продолжил он, — ты думала исчезнуть бесследно. Надеялась, что я никогда не узнаю, кто меня предал. Что я не найду тебя.
С усилием сглотнув, я подняла глаза и заговорила твёрдо, хотя внутри всё сжималось от страха:
— Вы ошибаетесь. Я не Карла. Я её сестра-близнец.